Половое воспитание детей

Исходя из определения социализации Г. М. Андреевой (1980), половая социализация — это процесс, включающий в себя, с одной стороны, усвоение связанного с полом социального опыта по мере вхождения в социальную среду, систему социальных связей лиц мужского и женского пола, а с другой — активное воспроизводство индивидом системы взаимоотношений полов в процессе активной деятельности, включения в эти взаимоотношения. Этот процесс, замечает Г. М. Андреева, имеет двусторонний характер: индивид пассивен в том смысле, что он воспринимает и запечатлевает предлагаемое обществом и культурой, и активен в том смысле, что активно применяет воспринимаемое и преобразует его в собственные ценностные установки и ориентации. В отличие от узко понимаемого полового воспитания цели и программы половой социализации никем специально не формулируются, а сама она не предполагает конкретных ответственных исполнителей. Призвание и искусство воспитателя в том, может быть в первую очередь, и состоит, чтобы принимать на себя и переживать свою личную ответственность за формирование ребенка, понимая при этом, что объективно это формирование единолично от него не зависит, и строить свою воспитательную деятельность как определяющую часть реального процесса социализации. Воспитание — это выработка той или иной активной позиции, которая должна стать ориентиром в социализации как усвоении и присвоении существующих культурных и нравственных стандартов. Воспитание и социализация — векторы единого процесса формирования личности. Социализация — процесс, ориентированный на освоение существующего в настоящем социального опыта. Воспитание разворачивается в настоящем, вырастая из прошлого и ориентируясь на будущее. В этом как раз и состоит диалектически противоречивое единство социализации и воспитания, осмысление которого недопустимо упрощать ни до их отождествления, ни до противопоставления.

Между тем в последние 10–15 лет складывается устойчивая тенденция, индуцированная отдельными направлениями в изучении неврозов у детей, в рамках которой различные реальные и мнимые, но по тем или иным причинам нежелательные или «неудобные», черты формирующейся личности рассматриваются как следствие «нарушенного», «неправильного», «патогенного» семейного воспитания, когда под сомнением оказывается позитивная направленность усилий родителей. Популяризация такого подхода приводит ко все более часто наблюдаемым нами «комплексам» родительской неуверенности или неполноценности. Между тем в случаях недостаточного синергизма, а тем более — в случаях антагонизма воспитания и социализации в семье или в более сложных системах (семья — улица, семья — школа и т. д.), для упреков в адрес семьи, видимо, не больше оснований, чем для упреков в адрес общества за существующие в данной семье систему отношений и эмоциональный климат. Тем не менее предостережения о неправомерности и недопустимости абсолютизации возможностей и роли семьи [Соколов Э. В., Дукович Б. Н., 1974; Сталин В. В., 1981, и др.], т. е. отождествления семейной социализации и семейного воспитания, буквально тонут в потоке работ и публикаций, способствующих такому отождествлению или прямо утверждающих его. Применительно к психосексуальной дифференциации это отождествление приводит к упрощенной и принципиально неверной точке зрения, согласно которой воспитатели, прежде всего — родители, могут едва ли не по произвольному своему усмотрению регулировать формирование ребенка по маскулинному или фемининному типу, а системный процесс психосексуальной дифференциации, как аспекта формирования личности, редуцируется до воспитания в узком смысле слова.

Половое просвещение, как распространение знаний о физиологии и психологии пола, психосексуальных процессах и отношениях, может быть структурно связано и с социализацией, и с воспитанием. Так, получение знаний из случайных наблюдений, общения со сверстниками, знакомства с художественной или специальной литературой и т. д. следует рассматривать как половое просвещение в структуре социализации. Любой способ информирования, имеющий специальной целью ознакомление подрастающего поколения в целом или конкретного ребенка со связанными с полом сторонами жизни, является половым просвещением в структуре воспитания.

С общей точки зрения, воспитание и обучение в узком их значении — относительно недавно возникшие прогрессивные формы социализации [Иванов О.И., 1974]. С интересующей же нас сугубо практической, центрированной на ребенке, точки зрения соотношение этих процессов может быть представлено так, как это показано на рис. 1, где увеличение зон совпадения половой социализации, полового воспитания и полового просвещения (имеющее в современных культурах свои пределы) связано с гармонизацией психосексуального развития и формирования личности. Таковы слагаемые процесса, в широком смысле именуемого половым воспитанием.

Рис. 1.

Соотношение половой социализации (1), полового воспитания (2) и полового просвещения (3) в структуре современного полового воспитания.