Полжизни

Довольно того, что вернувшись съ прогулки, вс? три главный лица, завязанныя въ д?йствіе, почувствовали себя покойн?е. Наташа отправлялась въ Ливорно все съ т?мъ же душевнымъ грузомъ; а себя я ужь больше не спрашивалъ: хочу я, не хочу ?хать, пріятно мн?, или н?тъ. Я зналъ и чувствовалъ одно: что развязка еще не подошла, и оставлять свой постъ — я не могу. А Флоренція, Ливорно, или какой-нибудь островъ Уйатъ или Монако — не все ли равно? Такъ или иначе, но за-границей разыгрывается посл?дній актъ.

XXVI.

Пере?здъ въ Ливорно совершился семейно, но безъ участія Р?зваго. Ему почему-то нельзя было отправиться въ тотъ же день изъ Флоренціи; онъ мн? не сказалъ почему именно. Леонидъ Петровичъ сд?лался со мною гораздо сдержанн?е, и не трудно было зам?тить, что эта сдержанность ст?сняла его самого. Его, в?роятно, остерегли пли посов?товали ему перем?нить со мною обхожденіе.

Графиня не хот?ла д?лать никакихъ особыхъ распоряженій насчетъ квартиры. Она не справлялась о виллахъ около морскаго берега и настаивала только на томъ, чтобы пом?ститься въ отел?. Но шарабанъ и пони она перевозила въ Ливорно.

Мы и пом?стились въ «Англо-Американскомъ отел?», на самомъ берегу, въ пяти минутахъ ходьбы отъ моднаго купальнаго заведенія: «Stabilimento Pancaldi». Туть у каждаго было по комнат?. Въ первомъ этаж? разм?стились графиня съ Колей и Наташей — по одну сторону коридора, графъ по другую. Я взялъ комнатку въ верхнемъ этаж?. Графъ простеръ свою любезность до того, что подыскалъ Р?звому пом?щеніе въ сос?днемъ дом?: въ отел? ужь не случилось лишняго номера.

Поздоровался я съ моремъ. У меня къ нему н?тъ привычки, но я родился на Волг?, и д?тство свое провелъ, глядя на ея мореподобные разливы. Потребность въ созерцаніи обширныхъ водныхъ массъ жила во мн?, и сколько разъ мн? въ глуши моего хутора, или въ захолустьяхъ, куда я каждый годъ попадалъ, хот?лось неудержимо очутиться на берегу, съ котораго видна синяя или с?ро-зеленая безграничная даль.

Тутъ, въ Ливорно, море было прекрасно, какъ и везд?; но порою слишкомъ ужь празднично, слишкомъ смотр?ло растопленнымъ золотомъ въ полдень, слишкомъ переливало лазурью къ закату. Но я впервые испыталъ, какой это безц?нный другъ и пов?ренный всякихъ думъ и сердечныхъ тайнъ. Сидите вы на камн? у самой окраины, легкая зыбь прибиваетъ ласкающіяся волны и поднимаетъ искристую п?ну. Все тотъ же звукъ, безконечноразличный въ самомъ однообразіи своемъ, шепотъ и журчаніе, плескъ и прибой… Закроешь глаза, и кажется теб?, что ты посреди океана на какой скал?. Ничего теб? не страшно, мысль витаетъ вширь и вдаль, сов?сть не допускаетъ сд?локъ, во всемъ ты слышишь одинъ голосъ правды, во всемъ доходишь до самаго конца. Да, нигд? такъ не думается, какъ на мор?, нигд? такъ не вздрагиваетъ сердце отъ каждаго великодушнаго помысла…

И Наташ? полюбилось море. Больше у насъ и не было уб?жища. Она испугалась, въ первый же день увидавъ, какъ шумно, людно и модно на ливорнскихъ купальняхъ. Съ ранняго утра у «Панкальди» толкутся разод?тыя купальщицы и купальщики и осматриваютъ другъ друга. Изъ города сп?шатъ барскіе экипажи, фіакры снуютъ туда и сюда, д?ти б?гаютъ и болтаютъ, на проходахъ между кабинами и подъ вс?ми полотняными нав?сами сидятъ группами ничего не д?лающія дамы и д?вицы и показываютъ видъ, что занимаютъ себя пріятнымъ разговоромъ. Проходить между этими группами до свой кабины было для Наташи инквизиторской пыткой. Каждое утро она сбиралась на купанье, точно на выпускной экзаменъ. Графиня д?лала ей мало зам?чаній; но то, что она ей говорила, было всегда ?дко и совершенно уничтожало ее. Все это касалось ея вн?шности: туалета, турнюры, походки. Семейство ходило купаться въ одинъ часъ. Графиня совс?мъ затм?вала свою дочь, но ея туалеты ужь черезъ-чуръ бросались въ глаза рядомъ съ простенькими, только что приличными платьицами Наташи.