Попаданец в Рой Пожирателей. Том V

Как вдруг, ещё одна вспышка пламени разразилась в совершенно другой стороне! Обернувшиеся на неё гуманоиды узрели, как их припасы выданные им на несколько месяцев похода горят прямо в повозках. Масла не хватило, чтобы поджечь их все, но где-то треть телег оказалась во власти огня. А кроме них, чуть с опозданием, загорелась и крыша фургона жуколовов. Зерно, мешки и древесина являлись отличным топливом, так что пожар мог разрастись и до больших масштабов, если с ним ничего не делать. Понимая это, ближайшие бойцы похватали вёдра и побежали к лужам в лесу у подножия холма и по бокам от грунтовки. Лишь у некоторых из них были с собой факелы или фонари. Большинство же вслепую действовало в потёмках…

Мужчина из личной гвардии дэя прорвался через заросли рогоза, упал на колени перед водой и взмахнул ведром в руках, зачёрпывая жидкости по ободок.

«Ну привет!» — подумала королева, напрыгивая осой ему на голову.

Бокат испуганно застонал, выронил ведро и схватил кистями прилипшее к лицу насекомое. Жало на брюшке уже впрыскивало яд ему прямиком в нос. Мыслительный центр приготовился разжимать лапки обнимающие лысую башку и бежать, но похоже этот гуманоид в суете где-то обронил своё оружие. Осознав это, оса не отстала от его головы, а принялась ускоренно нашпиговывать синюю рожу конскими дозами токсина. На сей раз вместо неуверенных стонов, жертва издала пронзительный душераздирающий крик, который был слышен на всю округу.

Этот вопль послужил сигналом для всех собравшихся сегодня здесь воинов — настоящий кошмар начинается только сейчас!

Наездники впопыхах побежавшие за своими баранами на болота услышали нарастающий гул… Спустя пару мгновений десятки огромных шершней набросились на них со всех сторон посреди тёмного леса! Когтистые лапы цеплялись за мягкую плоть на спинах и ягодицах. Рьяные жала грубо били куда попало, пробивая одежду и дырявя кожу. Острые жвала с силой тисков сдавливали плечи, бёдра и шеи, проникая глубоко в тело. Ослеплённые темнотой, окружённые затягивающей зыбью и уставшие после долгого дня бокаты сопротивлялись, как могли. Выхватывая оружие, они кромсали пустоту, сталкивались между собой, спотыкались и падали в воду. На запах крови из тины выплывали водяные, которые облепливали барахтающихся гуманоидов своими мерзкими пастями.

Бойцы на холме не могли увидеть в лесу ничего, кроме огней сгорающих живьём баранов. Но они слышали… Слышали, как десятки голосов их соратников вопят, претерпевая адские муки! Как их жалостливые мольбы о помощи утопают в галдеже носящихся по чаще ос!

«Аха-ха-ха! Теперь вы поняли, почему ваши друзья не вылазят из своих костюмов⁈» — упивалась собственным превосходством мать Роя — «Один укол в задницу и ты срёшь кровавым поносом! Один укол в переносицу и глаза вылазят наружу от внутричерепного давления! Вы и правда думали, что вот так просто припрётесь к гнезду и сможете убить меня? Меня-я⁈ Да вы просто сказочные идиоты! И теперь вы сами все сдохните!!!»

Поняв, что в темноте творится сущий ад, бокаты перестали бегать по одному и начали кучковаться возле источников света, коими в большинстве случаев являлись костры. Гуманоиды забили на тушение козерогов и повозок, выбежали из леса обратно на холм и грунтовку, и все поголовно приготовились к бою, вооружившись топорами, щитами, и арбалетами.

Жуколовы вынесли из полыхающего фургона клетки с орлами, а в вольер с тигровой ящерицей забросили ломоть мяса обкатанный в сон-траве. Иначе бешеная тварь на фоне всего происходящего могла самоубится о внутренние шипы.

Загнав разумных врагов под костры, Фёдор распорядился сбросить на загулявших барашков глинотелов, чтобы быстро и без напряга убить парнокопытных. Затем он послал двадцать прислужниц залететь под негорящие телеги и разгрызть у них всю ходовую. Мандибулы справляющиеся с древесными стволами с лёгкостью повреждали колёса и оси, так что никуда повозки уже не поедут, даже если разобрать завал на дороге. Ну и конечно, перерожденец не собирался отставать от тех аборигенов, что засели у костров в обороне. Ночь только начиналась и до утра было ещё далеко…

Жужжание доносящееся из темноты нарастало, вынуждая раздёрганных за вечер мужчин нервничать. Бойцы покрепче сжимали в ладонях рукояти орудий и выстраивались кругом, спиной к огню. Всего таких островков безопасности на холме было несколько. И ещё как минимум один располагался у фургонов охраняемых суровыми парнями в надёжной броне.

Со стороны склонов на вершину забегали везунчики, которым удалось вырваться из ночного кошмара. Многие из них истекали кровью и страдали от последствий отравления осиным ядом. Встречались и такие, чьи увечья ужасали. Огрызки разорванной плоти болтались на весу, держась на теле за одну кожу. Огромные кровящие гематомы, раздували лица до состояния сплошного синяка. Отдельные индивиды сваливались с ног, не доходя до цели, и в течении пары минут превращались в маскота французской компании Мишлен.