Встретившись взглядами с тем, кого мысленно уже похоронил, дедок оказался шокирован. Надкушенное яблоко в ладони и кусочек яблока во рту упали на пыльный бетон. В ответ инвалид взирал совершенно спокойно и даже как-то расслабленно. Видать, после пятой трубки за короткий отрезок времени, его малость раскумарило. Халима бегло глянул на обновившуюся обстановку в учебном помещении и вновь уставился на жуколова.
В дальнейшем старик периодически бросал встревоженные взгляды на алюминиевый столик, появившийся на его рабочем месте. Похоже, из всех перемен, эта волновала деда больше всего.
Учитель зашагал к ампутанту, остановился перед ним и как-то неуверенно возложил на плечи брата по несчастью свои дрожащие ладони. Мужчина, в свою очередь, продолжал цепко держаться за костыли и пускать из ноздрей четверные струи дыма.
Дальше между бокатами произошёл диалог, продлившийся минут двадцать. Сперва Халима сосредоточился на физическом здоровье Миару. Он осмотрел состояние его культи и покрасневших глаз; обратил внимание на волдырь на руке и следы крови на подбородке; долго расспрашивал о чём-то, трогая горячую кожу со вздувшимися венами.
Жуколов спокойно отвечал, не спуская с соседа глаз. В их речи, помимо собственных имён, звучали знакомые Федо-Рою слова: «Варахата», «Варха», «Мирх» и «Мирхоа». Также, в одном предложении Миару снова применил словосочетание «талри фагор и-и», что не вызвало никакой особой реакции со стороны учителя.
Во второй половине разговора инициативу перехватил инвалид. Вместо ответов на вопросы собеседника, он принялся самостоятельно, долго что-то рассказывать старику. При этом мужчина указывал подпёртой костылём рукой, то на деревянный стол, то на алюминиевый, то на фигурки со стикерами, то на демонстрационный постамент. Лицо Халимы перманентно изображало ошарашенное и слегка испуганное выражение. После некоторых же фраз собрата, дедок аж подпрыгивал и прикрывал открывающийся рот ладонью.
Неизвестно, что такого наговорил жуколов учителю, но после его россказней, Халима тоже начал смотреть на складной столик с неким благоговейным трепетом. Фёдор подумал, что пора пресечь распространение сомнительных слухов среди своих подчинённых. А то у страха глаза велики, и не хватало, чтобы пугливый ловчий заразил старца своим мракобесием.
Слизевик грубо прервал разговор гуманоидов. Он оттащил старика в сторону и усадил его за стол украденный из тайника в пещере. Теперь настала очередь Халимы знакомиться с удивительными находками Роя. Главенствующему разуму не терпелось узнать, как пожилой мужчина словесно охарактеризует предметы созданные продвинутыми технологиями.
Как и его сосед, дед не спешил прикасаться к металлической поверхности. Но, он хотя бы не убегал от серебристого механизма в страхе, что несомненно являлось хорошей новостью.
Надзиратель восстановил целостность пары кучек с детальками для выкладывания символов. Так он акцентировал внимание старого боката, на том с какой целью необходимо использовать новый стол.
Миару, тем временем, стоял, облокотившись на трибуну, курил трубку и наблюдал за происходящим. Он ведь ещё ни разу не видел, чем в этом помещении занимаются жуки с дедом.
«Если столяр воочию узрит процесс обучения, он может лучше понять, что от него требуется вырезать из дерева.» — подумал Фёдор — «Также Миару может тоже обучиться игре в крокодила и дополнить наш словарь своими знаниями…»
Халима медленно аккуратно прикоснулся к алюминиевой плоскости и тут же отдёрнул руку. Пока старик напряжённо взирал на подозрительное новшество, слизевик принёс с постамента целенький пакет теста и шлёпнул его на стол. По реакции деда было заметно, что он, как и жуколов, сегодня впервые видел целлофан.
«Значит ты тоже не знаешь, что это такое.» — подумал человек — «Ладно… Но ведь эта вещь принадлежала твоему прошлому хозяину. Неужели ты, Халима, обучая его, не замечал за ним никаких странностей? Да, он ходил в тёплой меховой шубе в разгар жаркого дня… Но возможно, помимо этого, он любил прилетать в лагерь на грёбаном звездолёте⁈ А может и ты с ним сюда откуда-то прилетел и теперь просто под дурочка косишь, м-м⁈»
К сожалению, из-за скудности словарного запаса разум Роя не мог устроить деду допрос в стиле американских сериалов.
Увидев порцию излюбленного лакомства, Миару вынул трубку из рта и, размахивая ею в руке, отпустил пару комментариев, обращённых к старику. Выслушав собрата, дед бережно взял упаковку и немного помял её в пальцах. Затем он начал пытаться разорвать прозрачный полимер. Тогда жук отхлестал хрыча указкой по рукам. Халима испуганно отбросил упаковку, а инвалид вновь что-то ему сказал. На этот раз столяр показал в сторону своего стола, заваленного деревяшками и инструментами. Наверное, он объяснял старцу, что дабы получить шоколадное тесто, необходимо изготовить фигурку. В общем, ампутант делился собственным опытом взаимодействия с Роем. Но, в действительности, для Халимы уже была выработана другая схема…