Пребывая в меньшинстве, разбойники отстреливались, как могли. В ход у них пошли не только стрелы, но даже копья и ножи. Положение на высоте, давало обороняющейся стороне некоторое преимущество. Ловкие и меткие выстрелы Аркуны загнали десяток врагов за деревья, а одного ранили в бедро.
Но всё это имело небольшое значение, поскольку домики на деревьях собирались жесточайшим образом уронить на землю.
Пленный учёный уже было вынул кортик из хламиды. Но на туалетную платформу забежало трое головорезов и он спрятал оружие обратно, чтобы его не отобрали.
«Они вместе с отморозками заодно и старика в клетке угандошат!» — вдруг понял Фёдор. — «Не смейте ронять моего пленника!» — переполошился мыслительный центр.
Перерожденец не знал, что ему делать. Нужно было срочно как-то помочь старому реконструктору избежать смерти от падения платформы. Кто, если не он, научит Рой языку!
Осы собрались вместе и устремились к клеткам. Ещё на подлёте по ним начали прилетать стрелы и болты. Разведчицы были вынуждены разделиться и остервенело маневрировать. Троица бандитов увидела насекомых и сразу же схватилась за оружие ближнего боя. Они не дадут осам спокойно разместиться на помосте.
Две летуньи заскочили на крышу навеса туалетной платформы. Там по ним стреляли гораздо меньше. Три прислужницы отступили, не сумев прорваться через дальние атаки гуманоидов.
«Всё плохо! Очень плохо!» — паниковала королева — «Подкрепление жуков не успеет прилететь сюда от гнезда! Учителя расплющит к хренам собачьим!»
Пришлые бойцы взялись раскручивать в руках крюки-кошки на верёвках. С помощью них они собирались посодействовать более скорому заваливанию деревьев.
Разум Роя впал в отчаяние и приказал осам прогрызать дыру в навесе.
Как вдруг, с западной стороны, вдали появилась толпа разбойников. Ведомая Вождём она на всех парах мчала от землянки к древесному городку.
Увидев подкрепление бандитов, Золотозуб повеселел. Сквозь шум битвы, он закричал своим подчинённым новые указания.
Тем временем, с восточной стороны зазвучал жуткий рёв. Копченый обернулся и узрел нечто… Какой-то безумный дикарь в рваных лохмотьях нёсся через лес, занеся над головой здоровенную секиру! Его лишённые всякого рассудка глаза приковались к одной единственной цели — изуродованному огнём мужчине!
Увидев надвигающегося Дикаря, Золотозуб наполовину оголил свой основной клинок и замер. Голосом он отдал приказ трём бойцам возле себя. Тройка лучников сменила оружие, переходя в режим ближнего боя, и встала на пути у обособленного врага.
Перспектива подраться одному против четверых ни на йоту не повлияла на стремление Дикаря напасть. Безумец в лохмотьях, не сбавляя ходу, нёсся навстречу сконцентрированным на нём соперникам.
«Идиот!» — подумал Фёдор — «Если он и пробьёт защиту одного, то двое других нашпигуют его лезвиями!»
Перерожденец приготовился узреть бесславную смерть в неравном бою. Хотя другого безжалостный убийца детей и не заслуживал.
Между Дикарём и воинами Копчёного оставалось около полутора метра, когда гуманоид впечатал ногу в землю и резко затормозил. Весь импульс своего разгона он направил в бросок секиры. Массивный топор сорвался с кисти и быстро вращаясь вонзился в грудную клетку центрального лучника. От удара запредельной силы его отбросило назад, а секира встряла, пронзив и броню, и кость.
Пара бойцов, один с топором, другой с мечом, подскочили к безумцу с двух сторон. Теперь, когда он остался без оружия, Дикарь попал в ещё более невыгодное положение. Топорщик рубанул сверху-вниз, метя в голову или в надплечье. Мечник взмахом попытался рассечь живот.
Реконструктор в рваном тряпье нырнул вперёд и пролетел меж вражеских ударов. Приземляясь, вместо ловкого кувырка, он пробуравил руками и лицом землю. Потом сгруппировался и на четвереньках подскочил к мужчине валяющемуся с секирой в грудине.
В тот момент безумец оказался всецело открыт для выпада большого палаша. Но Золотозуб не двинулся с места и, похоже, намеренно не стал атаковать уязвимого противника.
Учитывая обстоятельства, в этом не было ни капли благородства. Вероятнее, главарь просто хотел, не помогая подчинённым, досмотреть исход их битвы с Дикарём.
Варвар вскочил, вырывая из торса полумёртвого врага оружие, и обернулся. Сверху на него летело остриё топора. Встречным ударом секиры он отбил атаку топорщика, да с такой силой, что того оттолкнуло в сторону.
Тут как тут был мечник, и он метил стальным жалом безумцу в бедро. Дикарь увернулся, отбросив таз и ноги назад. Клинок коснулся кожи, оставляя на ней неглубокий порез.
Тут же длинная конечность взмахнула секирой в ответном выпаде. Мечник тоже увернулся, отводя торс и голову. В последний момент, четверня Дикаря отпустила рукоять, из-за чего оружие повисло за кожаную петлю на пальце. Это увеличило амплитуду взмаха и позволило лезвию дотянуться до шеи.
Веер кровавых брызг вырвался из рассечённых артерий. Гуманоид схватился за горло и отступил.