Но предприимчивый Бугай не захотел останавливаться на этом. Он схватил свою алебарду и прорубил в полу дыры, рядом с древесными стволами. В дальнейшем эти проломы бандиты использовали, как бойницы, чтобы стрелять по врагам из луков и скидывать им на головы тяжёлые и острые предметы.
Утоньшение опор замедлилось. Древорубы были вынуждены постоянно оглядываться вверх и по сторонам. Сказывалось также то, что внушительная часть пришлых бойцов отвлеклась на подмогу подоспевшую из землянки. Крюки-кошки залетали на помосты, царапали доски и сползали вниз, не находя зацепа. Те же, что умудрялись как-то закрепится, потом обрубались оборонцами. Отморозки оголтело носились между платформами, прятались от выстрелов и перекрикивались. Кое-как малочисленный гарнизон древесного городка держался и не сдавался.
«Да простят меня боги, но сейчас я на стороне этих детоубийц и насильников!» — панически рассуждал Фёдор — «Пока они успешно сопротивляются, Учитель живёт! Но как только они проиграют, ему конец!»
Пара ос отчаянно пробивалась через навес над туалетной платформой. Может хоть чем-то они сумеют помочь запертому в клетке старцу. От того, как развернутся события следующих пяти минут будет зависеть судьба Роя.
Серии мощных ударов секиры обрушивались на Золотозуба с разных сторон. Удерживая палаш одной конечностью за рукоять, а другой за тупую сторону лезвия, он отражал каждый выпад Дикаря. Главарь отступал назад и постепенно заворачивал вправо, удерживая область схватки в границах определённой зоны. Безумец не останавливался ни на миг и с неистовой силой лупил по ускользающей цели.
Сталкиваясь, сталь высекала искры. На топоре и мече оппонентов появлялись всё новые и новые зазубрины. Похоже варвар пытался расшатать Копчёного — взять его на измор непрерывными атаками, и когда у того закончится выносливость, пробить брешь в идеальной защите.
Стало заметно, как дуэлянты выдыхаются — всё же они являлись живыми существами, а не роботами. Близился момент, когда кто-то из них переломит ситуацию в свою пользу…
Дикарь рубанул секирой сверху справа и тут же наклонился, замахиваясь для удара сопернику в колено. Этот манёвр оборванец применил впервые, дождавшись момента, когда Золотозуб вымотается. Поднятый для парирования прошлого выпада палаш никак не успевал отразить атаку в ногу.
И тут Копчёный продемонстрировал настоящее чудо боевого интеллекта. За какие-то доли секунды он сообразил отреагировать безупречной контратакой. Нога его взмыла вверх и со всей дури всадила нагнувшемуся Дикарю по морде.
Ублюдка жёстко откинуло. Кувыркнувшись, он прокатился по земле, а потом попятился назад, явно пребывая в ошеломлении.
Несколько золотых коронок выглянуло из-за раздвинувшихся в улыбке губ. Рука обожжённого гуманоида отпустила лезвие и в дополнение к основному клинку вынула из ножен вспомогательный кинжал, взяв его обратным хватом.
Придя в себя, Дикарь коротко глянул на противника и тут же бросился к трупам поблизости. Подле них лежало оружие поверженных бойцов. Безумец упал на одно колено, подхватил меч мертвеца и, не вставая, метнул его в Золотозуба.
Не сходя с места, лидер отбил большой снаряд палашом. Но Дикарь не успокоился на одном броске. Он подхватил топор и тоже запустил его в Копчёного. Главарь отпрыгнул вбок, а уже в следующее мгновение отразил кинжалом брошенный соперником нож.
Последний трофейный топор Дикарь использовал, чтобы подобно оппоненту вооружить сразу обе верхние конечности. Подскочив с колена, он вновь ринулся на Золотозуба. Парные клинки и парные секиры схлестнулись в смертельной битве.
На крайней платформе с канатной лестницей и лебёдкой нападающие подстрелили из арбалетов троих бандитов. Древорубы воспользовались ослаблением вражеского гарнизона и накинулись на ствол дерева со всех сторон. Ливень неистовых ударов истончил опору до критической ширины. Помост начал крениться, и остатки головорезов на нём перескочили по деревянному мосту на соседнюю платформу.
Собственно арочный мостик с перилами и был тем единственным, что ещё удерживало громадное древо от падения.
Крюк-кошка залетел в открытый оконный проём и надёжно зацепился за перегородку. Пятеро мужчин потянули за канат, окончательно выводя жилище на высоте из равновесия.
Заскрипели гнущиеся доски, затрещали крепления. Толпа на земле пристала взглядами к массивной конструкции, заваливающейся набок. Всех заботило в какую сторону грохнется помост. Никому не хотелось попасть под него и умереть по неосторожности.
Фактор рвущегося надвое моста между платформами направил дерево наискосок. Группе с канатом и крюком, не потребовалось никуда отбегать. А вот некоторым другим, очень даже пришлось.
Удар чудовищной силы заставил землю содрогнуться. Платформа сбрила кроны встретившиеся на пути, вонзилась в грунт и разломилась под давлением зажатого в ней ствола. Лачуга сорвалась с основания и разбилась вдребезги, обращаясь в груду ломанной древесины. Лежавшие в ней раненые реконструкторы мгновенно погибли.