Последний хозяин

Я стараюсь не писать пустых фраз; борюсь за экологию и экономию бумаги. Если дать себе труд покопаться в каждом моём утверждении, то после первой естественной реакции («бред»! «ересь»!) вдруг выяснится, что за каждым из них стоят какие-то факты. Я могу быть прав, вот в чём штука. А могу быть и неправ. Но я пишу не для того, чтобы кому-то что-то доказать. Моя цель: чтобы люди перестали повторять заученные штампы и начали думать сами. Я хочу лишь посеять сомнение. Как Сократ. И яд меня ждёт. Помните, что в моём лице с Вами беседует страшное существо: русский смертник. На вопрос: «как дела?» я давно отвечаю: «жив и на свободе». Не кокетство; я действительно удивлён и радуюсь каждому дню. Меня должны были грохнуть ещё лет 5 назад, а то и раньше. Я жив только потому, что люди доброй воли расслабились. Недоработка. Да ещё Утиное движение немного прикрывает. Но продолжим дискуссию.

Человеческий головной мозг – своеобразный орган. Он ленив и любит спать, причём состояния сна бывают разные: например, транс и ревери. Все технологии вербальной интоксикации основаны на том, чтобы сначала усыпить мозг объекта при сохранении бодрствующего тела, а затем внушить получившейся кукле то, что нужно кукловоду. Для этапа усыпления нет ничего лучше монотонного повторения небольшого бессмысленного текста, обычно именуемого молитвой или мантрой. Но недостатком методики является то, что объекты воздействия надо загонять в специальное помещение, именуемое церковью. А церковь нужно сначала построить; огородить пространство. Это расходы. Да и подопытные идут неохотно; в церковь их надо приводить; воцерковлять. Опять расходы, а главное: учение распространяется слишком медленно; его создатели по естественным причинам не успевают дожить до результата. Смысл франкмасонской революции XVI века именно в том, что была создана и успешно применена государством технология массового идеологического заражения путём распространения печатных текстов (позже к ним добавились радио и телевидение). От обычных церковных практик она отличается примерно так же, как локомотив от телеги.

Основа локомотива до сих пор именуется «железнодорожной тележкой». Но паровоз – не телега, а механический двигатель. С пассажирами поезда не ведут религиозных бесед. Их просто везут предположительно в направлении купленного билета. Но могут и в пропасть завезти, если в кабине машиниста окажется маньяк или диверсант. Точно так же и с конвейерами государственной пропаганды: Вы читаете газету или сидите в кресле перед телевизором, а Вас куда-то везут, что-то Вам внушая. Куда идёт этот поезд? И почему Вы уверены, что Вам злонамеренно не врут, не убеждают в чём-то, для Вас невыгодном? По-моему, весь ход нашей с Вами жизни, весь непосредственно пережитой нами опыт просто криком кричит, вопит и надрывается: власть врёт; не верьте ей!!!

Особенно в сфере истории, сиречь государственных сказок, имеющих наглость притворяться наукой. У нас ещё ничего, хотя товарища Берию из энциклопедий вырезали. Но есть примеры более забавные. Вот маленькая страна Чехия в центре Европы. За время жизни одного поколения государственная идеология сменилась 8(!) раз. Жили чехи в составе Австро-Венгрии – один учебник истории. После развала империи пришли к власти националисты – другой. Тех свергли социалисты (англичане) – третий. Гитлер оккупировал – четвёртый. Коммунисты Гитлера прогнали – пятый. После событий 1968 года – шестой, и т. д. Замечу, что для обывателя, которому на любую идеологию плевать, учебник является инструментом выживания: без школьного аттестата на нормальную работу не устроишься. Чеху, имевшему несчастье родиться в 1911 году, очень непросто было прожить 80 лет, отмеренные ему природой, и дожить до 1991 года. Если на II Мировой не погиб, у фашистов и коммунистов в лагере не сгнил, так заставят 8 раз бред переучивать, просто чтобы нормально жить. И каждый из 8 учебников представлял собой академический том, написанный маститыми и орденоносными докторами-профессорами исторических наук. Как бедные чехи всей нацией не сошли с ума от государственной шизофрении? Видимо, только за счёт своего знаменитого швейкования (швейковать = придуриваться и отлынивать). Но государственный паровой каток шизофрении не знает: это не человек, и не коллектив, а механизм. Столь же тупой, сколь и опасный.