Последний хозяин

Но Вам всё это неинтересно. Вы точно знаете, что народные сказители есть. В частности и потому, что делаете на этом свой маленький гешефт. А на того, кто посмел чуть-чуть усомниться и сказать поперёк, Вы кричите. Как в Ступино на меня: «Ерунду вы говорите! Вы хотите нас оскорбить?! Разговор окончен!» Голубушка,

да я ещё и не начинал. Вот прочтёте мою книгу и это письмо. Что-нибудь Вас непременно зацепит; мои тексты так устроены. Мозг проснётся. Вы начнёте мою ересь проверять, а значит, думать сами. Если мозг начал мыслить, он уже не остановится. Так уж он устроен. И мысли у Вас будут свои, а не внушённые мной или кем-то ещё. Меня Вы при этом не перестанете ненавидеть: люди не любят, когда их будят. А я буду смотреть на Вас взглядом грустного клоуна с обложки моей будущей книги[89]

.

8) Как и обещал, подробнее разберу ключевой момент в истории создания русских сказок: культурную оппозицию Александр Сергеевич Пушкин – Александр Николаевич Афанасьев. Пушкин со сказок начал: первое опубликованное им самостоятельно, а не в журналах, произведение – поэма «Руслан и Людмила» (1820 год). Поэту тогда не было 21 года; по меркам некоторых стран несовершеннолетний. А человек три года назад окончил Лицей (1817 год), служит по ведомству иностранных дел, входит в масонско-поэтическое общество «Арзамас», куда принят заочно в Лицее, якшается с будущими декабристами, то есть с предателями

, и становится англофилом («Подражание Байрону» и прочая «Зелёная лампа»). По карьере: серьёзный молодой человек; завидный жених хорошего роду. По поведению: «молодой повеса»: театрал (актрисы!), пьяница, развратник и картёжник. Долгов делал много; платил нерегулярно. Образованный Петербург наводнён его стихами; он популярен, хотя и «дурняшка». Всё это едва ли совместимо с карьерой чиновника, но власти, помня протекцию покойного Державина, и учитывая заслуги и вес родственников, терпят. Проклятый царизм был властью национальной, русской. И прекрасно понимал, что перспективным русским юношам иногда надо дать перебеситься.

С чего вдруг «Арзамас» занялся сказками? Ведь поэма «Руслан и Людмила», ходившая в списках года три до публикации, написана по заданию, выданному молодому дарованию, А. С. Пушкину, старшими товарищами в «Арзамасе». А потому, что «Руслан» – это, конечно, «Еруслан Лазаревич». Представьте себе ситуацию в тогдашней Москве и Петербурге. На рынках, например, Хитровом рынке в Москве, продаются целые развалы брошюрок-сказок. Они написаны, вроде бы, по-русски, но не содержат ни одного русского имени. Сплошь Бова-королевич, Еруслан Лазаревич да Остров Буян (о. Рюген). Откуда сие «духовное богатство»? А непонятно! Авторов нет; они либо нарочито анонимны, либо не указаны. И переводчиков нет, хотя литература явно переводная. Издано в Польше, в крайнем случае, в Киеве. Торгуют хмурые дядьки, как правило, нерусского вида («к жидам на Хитровку» – пословица того времени). Черта оседлости для торговцев не действует; цензура тоже. Цены очень низкие. Чтиво активно раскупается и потребляется единственным тогда более-менее грамотным слоем России – дворянами. Но начинает постепенно проникать в народную толщу через разночинцев и купцов. Начинают читать даже овладевающие грамотой крестьяне. Обучению крестьян после 1817 года немало способствовал деспот А. А. Аракчеев. Военные поселения впервые в России имели бесплатные начальные школы для солдатских детей, приписанных к крестьянскому сословию. Церковно-приходские школы появились позже. А солдатских детей стали учить потому, что в маневренной войне очень важна разведка. Солдат-лазутчик должен не просто увидеть передвижение неприятеля, но и посчитать его количество. Затем написать донесение, пусть безграмотное, но лаконичное и понятное.