Последний наследник Триады. Том 2 (СИ)

— Верни кольцо, — прошептала она. — Прошу тебя. Я сделаю всё, что попросишь. Верни кольцо! Говори. Что нужно сделать? На колени встать? Я знаю, тебе есть что попросить взамен! Проси! Хочешь вернуть наследие? Так и быть! Только попроси, и я поговорю с Михаилом. Ты снова будешь иметь всю прежнюю власть.

Я усмехнулся.

— Мне плевать на наследие Громовых.

— Ты же врёшь, — поморщилась она, качая головой. А затем зарыдала, схватив меня за руку. — Что мне делать без кольца?

— Жить дальше, — пожал я плечами, выдернув руку. — Жить и больше не думать о том, что всё под вашим контролем. Вы, госпожа, лишь часть огромного механизма рода Громовых, но никак не главная его составляющая. Михаил дал вам власть, но это не значит, что на вас не найдётся замены. Всегда есть вероятность того, что у Михаила появится другая, кто сможет сместить. Всегда держите в голове историю Ольги Громовой, моей матери.

Мои советы никак не успокоили женщину. Она сидела в напряжении, перебирая в мыслях способы получения желаемого. Но я закрыл ей все пути. По крайней мере в этом разговоре я доминировал во всём.

Дарья Громова поняла мою решительность. Она вернула спокойствие на лице, поднялась на ноги и пошагала к воротам, не добавив ни единого слова. А я лишь постарался не забивать свою голову её проблемами, так как со дня на день должен был отправляться на приём к Романову. Вот там-то будет куда более волнительно.

Глава 16

Они близко. По спине пробежал холодок.

Аристарх Оболенский, Девятый столп Российской Империи, стоял на верхушке стены Контрольного Пункта Дозора и смотрел на тонущее в густом тумане солнце, что с каждым мигом освещало всё меньше деревьев вокруг. Столп уже наблюдал за подобным — за этим простым, но безумно страшным процессом. В солнце, угасающем под темной пеленой, была своя… романтика.

Еще с самого детства, когда силы били за край, Аристарх знал, что судьба готовит ему трудную, полную страданий участь. Впрочем, так и случилось. Каждый день, прожитый ради сохранения Империи и своего рода, был полон боли. И даже его усилий порой было недостаточно.

Смерти. Много смертей родных и близких. И каждую он лицезрел своими глазами. И всё из-за этой тёмной материи.

Туман…

Он убивал всё живое, уничтожал города и поселения. Угрожал всей цивилизации! И что самое страшное, туман не успокоится, пока не уничтожит последнюю живность на Земле. И сейчас, когда дрожь вынуждала зубы постукивать, столп осознал: сегодняшний день будет полон смертей.

Внезапно за спиной послышались шаги; они одёрнули мужчину от размышлений и заставили обернуться.

— Господин Оболенский, вы просили сообщать об изменениях на фронте. Сообщаю, твари окружили стены Контрольного Пункта. Продолжают уничтожать вертолёты, на которых мы пытаемся переправить людей. Сейчас выполнить указ Императора по переселению в Архангельск невозможно, — прозвучал низкий, чуть взволнованный голос одного из Дозорных. — Придётся отбиваться, господин.

А ведь он так хотел составить компанию Константину Шагайну на приёме у Императора. Видимо, судьба решила всё за него. Оболенский лениво отмахнулся, веля Дозорному принимать позицию, выпрямился и размял свои могучие плечи; после чего ловким движением стянул с пояса подзорную трубу и взглянул на расстилающуюся под туманом холмистую поверхность.

Да, плохи дела.

Скорость распространения тумана усилилась настолько, что к такому не был готов даже Оболенский. Как такое возможно? Император имеет в своём штабе лучших аналитиков, которые могут прогнозировать поведение тумана с высокой точностью, вплоть до часов. Но даже они ошиблись, что привело к опозданию с переселением Контрольного Пункта в Архангельск.

За один грёбаный день Дозорные позволили себя окружить.

— Каков будет ваш приказ, господин Оболенский?! — Дозорный говорил сквозь страх в голосе — Будем прорываться к Архангельску со всем, что имеем, либо будем отбиваться и дождёмся подмоги? Столпы и Император осведомлены о возникшей ситуации, но все как один говорят, что такое произошло не только с нами. К тому же, Архангельск нуждается в силах Империи больше нас.

Столп убрал подзорную трубу под пояс и тщательно помассировал виски.

— Они правы, в Архангельске сейчас гораздо больше гражданских. Империи не нужны смерти, возникнет всеобщая паника и начнутся волнения, — отозвался он задумчиво, унимая мандраж в голосе. — Пусть на защиту стен Контрольного Пункта Дозора выйдут все Дозорные, что есть. Вне зависимости от их усталости.

— Сделаю!

В уши Оболенского ударил гул; взгляд устремился в витающий в воздухе объект. Точнее, объекты. Сотни мерзких существ из тумана надвигались на Контрольный Пункт так, словно отчётливо видели его даже через скрывающие печати.

Оболенский стащил с себя плащ; узоры стремительно стали пробиваться сквозь прочную кожу, прорезая на броне столпа длинные дымящиеся полосы. Столп редко использовал свой Дар, но сейчас в этом был смысл. Узоры слились с энергией и нагрелись так, словно содержали в себе раскалённый металл. Кожу начало неистово жечь.