Посольство монахов-кармелитов в России. Смутное время глазами иностранцев. 1604-1612 гг.

В самом первом своем обращении к Клименту VIII Лжедмитрий просил его предотвратить заключение мира между императором и султаном, так как решил немедленно связать себя наступательным договором с императором[361]. Почти сразу после коронации Лжедмитрий отослал к Сигизмунду III посланника с предложением присоединиться в общей для всех христиан борьбе. Казалось бы, что с восшествием на престол пропольского кандидата все противоречия, существовавшие между двумя странами, должны были быть решены, и Польша могла бы присоединиться к антитурецкой лиге. Однако Сигизмунд III и на этот раз отклонил это предложение, сославшись на противоречия между Польшей и Империей[362].

Император Рудольф II, наоборот, воспринял предложения Лжедмитрия как знак свыше[363]. Почти тринадцатилетняя война между Империей и Османской империей истощила ресурсы обеих стран. Однако предстоящий мир в большей степени был бы выгоден Турции, так как она с 1603 г. воевала на два фронта – с Империей и с Персией. Больной монарх категорически был против заключения мира. Лжедмитрий I со своими казаками мог серьезно изменить положение воюющих сторон, если бы ударил со стороны Азова и Кубани. Учитывая тяжелый политический и социальный кризис в Османской империи, успех мог бы быть достаточно предсказуемым[364].

Лжедмитрий I отправляет к Павлу V иезуита о. А. Лавиского, который должен был подробнейшим образом познакомить Римскую курию с предложениями антиосманского союза. Лжедмитрий заявлял о своем твердом намерении начать войну с турками и заключить по этому поводу союз с христианскими принцами. Для содействия этому намерению папа должен был убедить императора продолжать войну с турками совместно с царем[365]. Лжедмитрий предлагал немедленные практические действия и предпринял бы их даже в том случае, если бы к его идее никто больше не присоединился. Это могло бы укрепить или даже спасти его собственное внутриполитическое положение[366].

Лжедмитрий, как и четырьмя годами ранее шах Аббас, думал, что делает папе и европейским государям предложение, от которого нельзя отказаться. Но ответ, который он получил на свои предложения, необъяснимым образом совпадал с ответом шаху Аббасу. Павел V предлагал Лжедмитрию первым выступить в крестовый поход против турок и увлечь своим примером других европейских государей. Со своей стороны, понтифик обещал самое горячее содействие этому делу при дворах Империи и Польши[367].. Таким образом, Лжедмитрий вынужден был искать союзников самостоятельно. Учитывая критическое положение, в котором находился император Рудольф, Лжедмитрий обратил свое внимание в сторону Персии. Посольство для отправки в Персию, во главе с князем И.П. Ромодановским, было готово к весне 1606 г.

В РГАДА сохранился лишь отрывок из наказа князю И.П. Ромодановскому[368]. Сохранившийся отрывок из наказа представляет собой фрагмент из средней части документа, без начала и без окончания[369]. Н.М. Карамзин считал, что князь Ромодановский был отправлен в Персию для решения важных дел, связанных с Турцией и «христианскими землями Востока». Помимо этого, посольство должно было обсудить совместную политику Священной Римской империи и Персии против Османской империи[370]. По логике международных отношений – а по письмам Самозванца к римским понтификам понятно, что он хорошо разбирался в таких формальностях, – Лжедмитрий в первую очередь должен был сообщить Аббасу о своем восшествии на престол, при этом обязательно обосновать свои «законные» права. Учитывая силу и международный авторитет, который шах Аббас к этому времени завоевал в глазах европейцев, он, как суверенный государь, долгое время имевший тесные дипломатические связи с прежним правителем, мог и не признать «законного» государя. А это, в свою очередь, было чревато для русской стороны обострением обстановки на южных рубежах. Во-вторых, Лжедмитрий прекрасно понимал, чем мог заслужить мгновенное признание у шаха Аббаса, только решительными действиями в отношении османов, на которые так и не решился Б. Годунов. Поэтому посольство И.П. Ромодановского должно было посвятить шаха в антиосманские планы Лжедмитрия[371]. Таким образом, цели и задачи посольства князя И.П. Ромодановского совпадали с целями и задачами посольства кармелитов.