Постскриптум. Поможет ли России Путин?

Вопрос:Насколько полезно формирование у россиян на основе статей из западных СМИ осознание того, как к России относятся на Западе? Не считаете ли Вы, что публикация ярко выраженных негативных статей о России из иностранной прессы может оказывать негативное влияние на неподготовленного читателя?

Ответ: Думаю, это в значительной степени зависит от ИноСМИ. Если то, что я говорю, представляет интерес для читателей, для посетителей сайта, то мы можем превратить это в традицию. Я не вижу никаких препятствий к этому со своей стороны.

Я считаю, что мы должны знать то, что о нас думают за пределами нашей страны. Не брать пример с Соединенных Штатов Америки, которые с наслаждением разглядывают свой собственный пупок. Французский путешественник и исследователь Алексис де Токвиль в первой половине XIX века написал об Америке замечательную фразу: «Подавляющее большинство находится в постоянном восхищении от самого себя». Это американское самодовольство, я считаю, России не нужно. Но с другой стороны нам не нужен и комплекс неполноценности. Мы не должны себя мерить относительно западных оценок. Мы не должны постоянно ахать: ах, Совет Европы что-то сказал, ах, Парламентская Ассамблея что-то осудила… Сейчас в Грузии перед выборами происходили такие безобразия и серьезные нарушения политических прав оппозиции! Единственная независимая телекомпания там закрылась, потому что власти сообщили ей, что сгорел передатчик. А руководитель этой компании грустно сказал, что передатчик перегорает каждый раз во время выборов. А Совет Европы ничего по этому поводу ни слова не говорит. Потому что Саакашвили – стратегический союзник НАТО и хочет ввести Грузию в НАТО. Если вы хотите ввести Грузию в НАТО, то вам прощается абсолютно все!

Ориентироваться на оценки организаций, которые работают по своему плану и для которых права человека, демократия и так далее – это разменная монета в большой политической игре, неправильно. Тот комплекс неполноценности, который в нас иногда пытаются воспитать наши западные партнеры, говоря, что вы должны исходить из наших оценок, вы должны ориентироваться на наше мнение о вас, России не нужен.

Российский зритель, читатель, должен знать, что о нем думают в мире, но он не должен комплексовать по этому поводу. И многие западные и бизнесмены, и политики, которые с симпатией относятся к России, говорили мне, что вы слишком много внимания уделяете тому, что мы думаем о вас. Например, в США широкая публика, за пределами профессионалов, совсем не интересуется тем, что Россия думает о Соединенных Штатах. Максимум, что их интересует и немножко волнует, я сейчас беседовал с рядовыми американцами, это то, что из-за войны в Ираке резко упал имидж Америки в мире. Это появилось недавно, в последние 3–4 года. Но это нехарактерное для Америки состояние.

Мы не должны комплексовать по этому поводу и не должны превращаться в людей, которые должны брать за точку отсчета эту позицию.

Вопрос:В очередном выпуске Вашей программы «Постскриптум» Вы анализировали ситуацию с непризнанными республиками на территории постсоветского пространства после одностороннего признания независимости Косово. Осторожная позиция России в признании независимости Абхазии и Южной Осетии – это торговля с Западом или боязнь обострения отношений с США?

Ответ:

Я думаю, что осторожная позиция России вызвана несколькими факторами. Во-первых, мы не хотим в настоящее время резкого разбалансирования международной системы, которому положили начало американцы признанием Косово и отрывом его от Сербии. И если мы сейчас начнем признавать эти республики, то мы внесем большой вклад в разбалансировку этой системы.

Вторая причина состоит в том, что в Москве все-таки есть некоторые опасения, что поскольку мы являемся федерацией, то это может создать какие-то побудительные мотивы для активизации сепаратистских движений на территории самой России.

Третий момент – кризис, который это вызовет в отношениях с Западом. На днях сенатор Маккейн, кандидат в президенты от республиканской партии, вновь призвал исключить Россию из «большой восьмерки». И я не уверен, что наше руководство психологически готово к проведению линии, которая может поставить под сомнение участие России в этой организации.