Читаем Постскриптум. Поможет ли России Путин? полностью

Наши западные партнеры настаивают на том, что Абхазия и Южная Осетия по-прежнему являются частью территории Грузии. Однако настаивать можно вообще на чем угодно. Это принципиально не влияет на реальность, а реальность состоит в том, что эти территории де-факто не являлись частью Грузии уже с 1992–1993 годов, когда там шла война и Грузия перестала их контролировать. Сегодня же эта ситуация нашла свое логическое завершение в окончательном выходе Абхазии и Южной Осетии из состава Грузии. В силу этого Россия правомочна заключать с ними те соглашения об их защите и безопасности, которые стороны считают необходимыми.

Выступая в лондонском Королевском институте международных отношений (Chatham House), Михаил Саакашвили призвал европейские страны вмешаться в ситуацию, заявив: «Если забияк не призвать к порядку, они наглеют». На самом деле, эта формулировка относится к самому Саакашвили. В свое время его не призвали к порядку, и тогда он, при скрытой, но очевидной поддержки администрации Буша, обнаглел и начал атаку на Цхинвал, которая закончилась полным отторжением Южной Осетии и Абхазии от Грузии. Ответственность за это несет «забияка» Саакашвили, которого «вовремя не призвали к порядку». 

ВЕРНЕМСЯ ЛИ МЫ В АФГАНИСТАН?

Как известно, в последнее время НАТО проявляет к нам повышенный интерес. Дмитрия Медведева настойчиво приглашали на саммит НАТО в Лиссабоне. В Москве провели выездную Мюнхенскую конференцию, где опять же говорили о сотрудничестве с Россией. А генеральный секретарь организации Андерс Фог Расмуссен постоянно заявляет, что НАТО должна создать совместную с Россией европейскую противоракетную оборону. И даже насчет возможного вступления России в альянс западные политики все чащи повторяют: а почему бы и нет? К чему бы это? Откуда такой внезапный приступ любви, особенно если учесть, что Россия так и не отказалась от признания Абхазии и Южной Осетии, не намерена мириться с Саакаашвили и не согласна с НАТО по ряду других вопросов? Ответов может быть несколько. Один из них — самый простой — выражен одним, отдающим большой кровью словом, — Афганистан.

В Афганистане, откуда в XIX веке побежденной ушла дотоле непобедимая британская армия, а в ХХ-м — войска советской сверхдержавы, США и НАТО могут потерпеть сокрушительное поражение. Об этом много говорят и много пишут, но для меня самым показательным был тот напряженный пафос, с которым об Афганистане говорил генсек НАТО Расмуссен в конце мая в Риге. Выступая перед несколькими сотнями парламентариев из всех стран альянса, Расмуссен заклинал: «Мы должны победить в Афганистане, мы можем победить в Афганистане и мы победим в Афганистане!». Но почему-то залу эта уверенность не передавалась. Аплодисментов не было.

Примерно тогда же, летом, немецкий журнал «Шпигель» объяснил, почему ассамблея НАТО была столь холодна к словам своего лидера. «Американцы и их союзники выигрывают все сражения, но проигрывают войну», — написал «Шпигель». А потому, чтобы повернуть в другую сторону ход событий, в НАТО очень хотели привлечь к этой войне Россию. Если же говорить проще, то НАТО всеми силами стремится втянуть нас в Афганистан.

Россия возвращается в Афганистан — примерно с такими заголовками вышли на прошлой неделе сразу несколько западных газет. «Большая игра вновь набирает обороты, — пишет «Индепендент». — Ожидается, что на ноябрьском саммите НАТО президент Медведев окажет помощь миссии альянса в Афганистане. Маловероятно, что Россия пошлет в Афганистан войска, но все равно ход событий примечательный».

В настоящий момент мы уже участвуем в обучении афганских военных, а также полицейских, занимающихся борьбой с наркотрафиком. Однако теперь, как сообщает «Гардиан», ведутся переговоры о поставках в Афганистан российских тяжелых вертолетов, обучении афганских летчиков и перевозках через нашу территорию военных грузов альянса. И ожидается, что на саммите НАТО в Лиссабоне будет объявлено о кардинально новом соглашении на этот счет.

В ответ, сообщает британская печать, Москва хочет, чтобы альянс признал свершившимся фактом нынешнюю ситуацию вокруг Южной Осетии и Абхазии, сократил свою военную поддержку Грузии и консультировался с Россией по поводу размещения будущих элементов ПРО в Европе. «Альянсу будет нелегко проглотить эту пилюлю, — пишет «Индепендент». — Но какие нежности при нашей бедности?» — восклицает газета, имея в виду отчаянное положение сил альянса в Афганистане.

Перейти на страницу:

Похожие книги

ПСС том 16
ПСС том 16

В шестнадцатый том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят произведения, написанные в июне 1907 — марте 1908 года. Настоящий том и ряд последующих томов включают произведения, созданные в годы реакции — один из самых тяжелых периодов в истории большевистской партии.Царское правительство, совершив 3 (16) июня 1907 года государственный переворот, жестоко расправлялось с революционными рабочими и крестьянами. Военно-полевые суды и карательные экспедиции, расстреливавшие тысячами рабочих и крестьян, переполненные революционерами места ссылки и каторги, жестокие гонения на массовые рабочие и крестьянские организации и рабочую печать — таковы основные черты, которые характеризуют политическую обстановку в стране этого периода.Вместе с тем это был особый этап развития царизма по пути буржуазной монархии, буржуазно-черносотенного парламентаризма, буржуазной политики царизма в деревне. Стремясь создать себе классовую опору в лице кулачества, царизм встал на путь насильственной ломки крестьянской общины, на путь проведения новой аграрной политики, которую В. И. Ленин назвал «аграрным бонапартизмом». Это была попытка приспособить царизм к новым условиям, открыть последний клапан, чтобы предотвратить революцию в будущем.

Владимир Ильич Ленин

Политика / Образование и наука
Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука