Постскриптум. Поможет ли России Путин?

Однако Москва в силу целого ряда причин не подписала Сан-Францисский договор — и сделала крупную ошибку. В атмосфере разогревшейся «холодной войны» американцы, видимо, решили, что раз уж их отношения с Москвой испорчены (а в то время шла кровопролитная война на Корейском полуострове, в которой СССР поддерживал Северную Корею, в то время как США выступали на стороне Южной Кореи), то лучше поддержать ту страну, которая уже стала их главным военным оплотом на Дальнем Востоке, то есть Японию. И от этой линии США не отказывались на протяжении последних 60 лет.

Таким образом, США лишь подтвердили ту позицию, которую они занимали на протяжении всей второй половины XX века. Так есть ли повод для озабоченности? Безусловно, есть. Подтверждается ощущение хрупкости «перезагрузки», неустойчивости нового климата в отношениях с США. Американские политики перестали в прояпонском духе комментировать проблему Курил с 2001 года. А именно — когда Владимир Путин решительно поддержал Джорджа Буша в его глобальной «войне с террором». Было понятно: если Россия поддерживает их по таким вопросам, как Афганистан, борьба с «Аль-Каидой», транзит военных грузов, размещение американских военных баз в Средней Азии и обмен важной разведывательной информацией относительно исламских радикальных организаций, то Вашингтон не может в ответ раздражать Москву и говорить о том, что Курилы должны быть переданы Японии. Москва, со своей стороны, могла бы в ответ пересмотреть свои позиции по целому ряду ключевых вопросов.

Но вот что удивительно: казалось бы, при Обаме наши отношения стали лучше, а не хуже, чем при Буше. И тем не менее США заняли откровенно прояпонскую позицию, хотя их, обратите внимание, никто за язык не тянул.

Представители администрации утверждают, что в их позиции ничего не изменилось. Но одно дело — когда вы молчите, и совсем другое, когда вы открыто заминаете позицию в пользу одной из сторон, в данном случае — японской.

Какие из этого можно сделать выводы? Вывод первый: США решили поддержать Японию, поскольку посчитали, что могут себе это позволить, так как Москва не отреагирует на публично озвученную позицию Америки. Это, собственно, и произошло — Москва промолчала. Их расчет оказался верным.

Вывод второй: если мы не будем реагировать на такие заявления, то в Японии, США — и не только там — будут исходить из того, что могут ставить под вопрос территориальную целостность и суверенитет России.

Наконец, третий вывод: даже во имя «перезагрузки» мы не должны прощать нашим американским «друзьям» такие высказывания. Они должны понимать: есть некоторые нормы. Если вы говорите, что готовы улучшить отношения с Москвой, то заявления, которые ставят под сомнение территориальную целостность РФ, противоречат такой готовности. И, видимо, Москва не должна стесняться говорить это Вашингтону. «Перезагрузка» накладывает определенные обязательства на обе стороны этого процесса, а не только на Россию.

Начиная с 2009 г. мы не делали заявлений, которые могли расцениваться как враждебные США. После начала «перезагрузки» Москва начала проявлять сдержанность даже тогда, когда не согласна с американской позицией. К такой же сдержанности следовало бы призвать и американскую сторону. В этой связи вызов в российский МИД американского посла, где от него потребовали разъяснения позиции США, выглядел совершенно оправданной мерой. А учитывая заявления Дмитрия Медведева по вопросу о судьбе Курил и его поездку на эти острова, этот вопрос можно было поднять на уровне президентов России и США. 

«НЕСОВМЕСТНАЯ» ПРО И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПУТИНА

Заявления Владимира Путина в интервью телеканалу Си-эн-эн в конце ноября 2010 г. вызвали в политическом мире стран Запада состояние, близкое к шоку. Кто-то даже сравнил их со знаменитой мюнхенской речью Владимира Путина (февраль 2007 года).

Смысл высказываний российского премьера сводился к тому, что если Россия, США, а также НАТО не выйдут на договоренности в области строительства совместной системы противоракетной обороны, то нас ожидает новая «гонка вооружений», поскольку в этом случае Россия будет вынуждена усиливать свой ядерный потенциал и размещать новые ударные системы.

Давая интервью, Владимир Путин особо подчеркнул, что мы не хотели бы такого развития событий и что это — не наш выбор. Но так может произойти, если не будут достигнуты соответствующие договоренности. «Россия удивила», — написали многие западные СМИ. Много писали и о том, что слова Путина вступили в диссонанс с примирительными заявлениями Дмитрия Медведева. Отношения с Россией в последнее время, мол, «развивались вполне гармонично», недоумевала западная пресса, Медведев даже согласился приехать на саммит НАТО в Лиссабон (ноябрь 2010 г.), и вдруг — такой «холодный душ».