Потерянное одиночество

Лиан дремал, всем флерсам пора спать. Я положила уснувшего Пижму поближе к Мальве, та, потянув носиком во сне, унюхала своего друга и прижалась к нему, безотчетно делясь силой. Видя, что я ухожу, Лиан примостился на самом краю топчана, свесив крылья.

Близнецы сидели, закрыв глаза, похоже, тоже дремали. Что же с ними делать? Белая сила им сейчас абсолютно бесполезна, но им же надо за счет чего-то жить… Я насобирала зеленой и затемнила ее, насколько могла, и, разбудив их прикосновением, влила ее в поцелуе сначала девочке, потом мальчику. Они повели себя идеально, приняв только то, что я дала, не попытавшись вытянуть еще. Я всмотрелась в них vis-зрением, зеленая сила расположилась в сосудах, раздувая их и пытаясь пробиться в усохшие центры.

– Эта сила тяжела для вас? – спросила я.

– Для нас сейчас любая тяжела, – тихо ответил мальчик. – Но лучше такая, чем та, что у Лиана.

– Почему?

– Та будит ЖАЖДУ.

Я вздрогнула, догадавшись, и решила проверить свое ужасное предположение, послав им ленточку светло-зеленой силы. Так и есть. Чернота в наростах запульсировала и рванула наружу, пожирая светлую силу, почти не уменьшаясь сама, а сожрав, еще несколько мгновений носилась по телу, разгоняя черный ток в сосудах. Я глянула нормальным зрением – на лицах голод, сдерживаемый голод, я видела подобное выражение у вампов.

Все намного хуже, чем я думала вначале. Это не они сами случайно сделали эти черные мешки-наросты, не они соединили их сосудами. Кто-то сделал их такими, кто-то сделал из флерсов недовампов, способных пожирать светлую силу в почти неограниченных количествах.

Они действительно опасны.

На них до сих пор стоит рабская метка, и неведомый хозяин может натравить их на меня или Лиана.

Они опасны.

– Уб…

Я закрыла пальцами ему рот.

– Нет. Я не буду этого делать. Кто? Вы можете сказать, кто?

Они отрицательно покачали головами. Я так и думала, неведомая тварь обезопасила себя, заставив дать смертную клятву молчания.

– Это вамп? – спросила я, вглядываясь в них. Неужели такое под силу вампу?

Легкое отрицание.

– Filius numinis?

Ступор. Значит, среди нас, никчемных потомков всемогущих богов, есть кто-то слишком умный, есть экспериментатор.

– Здесь, в Новом Свете?

Опять еле заметное отрицание.

– В Англии?

Нет. Франции? Нет. Испания, Италия – все нет. Германия – ступор.

Опять Германия, я ненавижу эту страну, похоже, там одни черные уроды.

– Метка… Хозяин далеко?

– Переподчинил… – обронила девочка кивнув.

– Кому?

Нет, не могут ответить – опять гадать.

– Вамп?

Еле заметное согласие. Это не Грегори, печать бы рассыпалась…

– Алехандро?

Отрицание…

Кто же? Кто же?

– Детройтский князь?

Ступор. Да это он. Мразь.

– Как же вы оказались здесь? – скорее саму себя, спросила я.

– Вамп украл нас, чтоб напакостить князю. Украл, не зная, как использовать, а может, не имея возможности, и отдал Грегори…

– А вас использовали?

Ступор. Понятно. Ну да, очень удобно для вампов иметь ходячие амулеты-поглотители, которыми можно прикрываться, как щитами во время драки.

Что-то не так, что-то в нашем разговоре не так… Я глянула на них.

– А ну, расскажите поподробнее про то, как вас украли, откуда вы знаете, что именно украли, а не подарили?

Мальчик пожал плечами.

– Украли… Схватили, запихнули в мешки и унесли. Пока несли, прятались…

Что не так? А вот что – почему они вообще могут говорить об этом? Не должны… Алехандро… Алехандро… Может он ими управлять или нет? То, что их переподчинили детройтскому князю, – это успокаивающая информация, ведь тот далеко и не сможет отдать приказ… или сможет? А Алехандро может? Или нет? Как узнать? Кровь…

– Алехандро пил вашу кровь?

Вместо ответа мальчик показал шею и рваные раны на ней.

– А своей поил?

Ступор.

Алехандро может отдать приказ.

Красота! Я притащила в собственный дом радиоуправляемую бомбу.

Ну-ну.

***

Я подошла к окну и всмотрелась вниз, даже сейчас движение машин было довольно оживленным, а по тротуарам шли люди. Быстро шли, озираясь во внезапном приступе страха, потому что над ними, прилипнув к стене, висели вампы. Висят, к окнам не лезут, пытаются «переварить» защиту, долго им придется ее так переваривать.

Вдруг в тишине квартиры зазвонил телефон, я вышла в кухню и взяла трубку.

– Пати, как ты? – раздался встревоженный голос Седрика.

– Заперта. Обсели, висят на стенах.

– Тебя… шантажируют?

– Нет, мне никто не звонил.

– Не звонил… Ясно. Если позвонят, прошу, не дури, не позволяй своей белой силе управлять тобой.

– Думаю, не позвонят. В ресторане сейчас молятся два священника, и самые ценные слуги там.

«Митх! – ударила мысль. – Его не предупредила и не защитила!» Ударила и улетела, отфутболенная, ничего уже сделать нельзя.

– Молятся два священника? Ну что ж, возможно, это выход.

– Ты-то как?

– Мы отбили одну атаку, отстрелялись. Пока не лезут, но ночь только началась, еще нет и полуночи.

Я вздохнула, да, все еще впереди.

– Седрик, как вампы отдают приказ тем, кого подчинили через кровь? Мысленно или голосом?

– Мысленно. Oh fuck! Fuck!!! Пати… Ты… Ты хоть свяжи их и изолируй. Кладовка! Кладовка у тебя есть? Запри их там… Пати… Пати!!!! Не молчи!

– Я здесь, не клади трубку.