Поцелуй сумрака

Когда ночь сменилась сумрачным рассветом, я пошла в сарай поменьше, где хранилось коровье молоко. Притащив стул на место, села и приступила к работе. Ритмичный звук молока, стекающего по жестяному ведру, заполнил тишину в сарае. Я закончила быстрее, чем обычно. Мои дни здесь подходили к концу, и пока мисс Пимслер не приехала спасать нас с Лайлой, мне нужно было прояснить все с Абелем.

Подхватив ведро, я пошла через двор к дому, мой пульс так учащенно бился, что я чувствовала его в кончиках пальцев. Скоро Абель закончит работу и вернется к завтраку. Нужно найти способ поговорить с ним.

На кухне меня поприветствовали лязг и грохот чугунных сковородок. Хэтти стояла ко мне спиной и агрессивно перемешивала яичницу-болтунью.

– Вижу, ты уже набрала молоко. Позже взобьем масло, – сказала она, повернувшись вполоборота. Ее брови тревожно нахмурились.

Я налила себе кофе из перколятора на плите.

– Вы не видели Абеля утром?

– Он уехал в город.

Сегодня Хэтти была даже менее разговорчивой, чем обычно, но я не спрашивала, что у нее с настроением. Она продолжала мешать яйца, словно хотела разбить сами их молекулы. На кухню зашел Большой Том, и мы молча сели завтракать. Я заметила, как они пару раз странно переглянулись. Когда все доели, я прибралась на кухне и пошла пропалывать огород.

Работая под пасмурным небом, я и то дело кидала взгляд на дорогу, высматривая Абеля. Наконец он показался вдали и резво поскакал на Мерлине к ферме. Его чистая рубашка с закатанным над гипсом рукавом сияла белизной в утреннем солнце, штаны были тщательно выглажены с ровными стрелками, о которые можно порезаться. Слишком вычурно, как для утренних поручений. Абель пронзительно насвистывал мелодию себе под нос.

Меня всю покалывало от нервов. Я чуть не проткнула себе носок сапога, ожидая, пока он загонит Мерлина в стойло. Наконец Абель вышел из сарая, и я жестом подозвала его к себе.

– Мы можем поговорить?

Как ни странно, на его лице читалось облегчение.

– Я рад, что ты спросила, – он указал на тропинку к яблоневому саду. – Прогуляемся?

Мы шли рядом в медленном темпе, но казалось, что между нами расстояние в много миль. Извилистая тропинка вела через двор к небольшому кругу деревьев. Под ботинками хрустели давно опавшие, потемневшие цветы яблони. Я заметила маленькие деревянные качели на низкой ветке. Сев на них, обхватила руками побитые временем веревки.

Абель прислонился к стволу дерева, его лицо спрятали глубокие тени.

– Мне нужно кое-что тебе сказать.

– Я уже знаю о Делле, – в моем голосе звенела сталь.

– Да? – его светлые брови поползли вверх. – Откуда?

– Я вас видела, – я уперлась ногами в землю, останавливая качели, и встала на деревяшку, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – На крыльце. Мне просто интересно почему.

Я не стала задавать другие вопросы: все дело в нападении Мэйв? В том, что я хотела уехать из Арканзаса? Он счел меня неуравновешенной? Или я просто недостаточно хороша для него?

Абель потер шею.

– С самого нашего детства все говорили, что мы с Деллой хорошая пара. Я не знаю, почему мне потребовалось столько времени, чтобы согласиться с этим, – он сделал глубокий вдох. – Я только что от Деллы. Я попросил ее руки. И она согласилась.

В ушах взревел пульс, мир закружился перед глазами. Я крепче ухватилась за веревки, чтобы не упасть.

Абель потупил взгляд в растоптанные цветы яблони у ног.

– Я знаю, что тебе тяжело это слышать, но я обязан перед тобой объясниться. То, что произошло между нами… мне не стоило отвечать на твой поцелуй. Я ошибся, переступив эту черту, – он посмотрел мне в глаза. – Я надеюсь, что это не положит конец нашей дружбе.

Я чувствовала, что разваливаюсь изнутри.

– Вот кто я для тебя? Просто друг?

– Я думал, что мы можем стать кем-то больше. Какое-то время мне казалось, что у нас есть будущее. Но как только у тебя появится возможность, ты вернешься в Нью-Йорк. У тебя вся жизнь спланирована наперед и…

Ярость встала у меня поперек горла.

– А Делла знает, что произошло между нами?

– Без подробностей, – признался он. – Думаю, она предполагала, что мы заинтересовались друг другом, но сейчас между нами нет никакого недопонимания. – Абель посмотрел вниз, и его ресницы легли на щеки. – Она знает, что я люблю ее.

Внезапно мои ноги стали ватными. Я медленно опустилась на маленькие качели.

– Ясно, – мой голос сдавило от унижения и печали.

– Я не хотел морочить тебе голову, но так вышло. У тебя есть полное право злиться на меня. Только, пожалуйста, пусть это не испортит ваши отношения с Деллой.

Он смял шляпу в руках и всмотрелся в мое лицо, ожидая согласия. В этот момент я похоронила остатки надежды на будущее с Абелем. Его слова стали последним комком грязи в могилу. Я поняла, что, хоть он и переживал за меня, мои раненые чувства волновали его гораздо меньше, чем то, что Делла может расстроиться.

Мне хотелось накричать на него. Дать свободу слезам, обжигавшим глаза. Сказать ему, что я влюбилась, и предательская, неконтролируемая часть меня по-прежнему хотела быть с ним, даже несмотря на все, что он сказал. Но я ничего из этого не сделала.