Повелительница сердец

– Как тебя пропустили? Я же тебя не вызывал и заявку о пропуске не оставлял!

Яна взгромоздилась на стул и вытянула длинные ноги, попытавшись утвердить туфли на каблуках, но ступни мотались из стороны в сторону.

– Виталик, Виталик… Если бы я сюда проходила только по пропуску, я бы уже забыла, как ты выглядишь. Меня и так пропускают!

– Но как?!

– Просто меня все прекрасно знают. Виталик, не волнуйся, на твоей работе это нежелательно. Еще хлюпиком сочтут. Меня явно за твою жену принимают, вот и пропускают. Еще и тебя ругают: мол, надо же какую женщину следователь скрывает от всех! И я пустила слезу: «Да, он такой, весь в работе!»

– Чего удумала! – покраснел Виталий Николаевич, взлохмачивая свои пышные волосы. – Обман, подлог, незаконное проникновение…

– Ага, все про меня, – самодовольно погладила себя по голове Яна. – А ты что-то выглядишь все хуже и хуже…

– Спасибо на добром слове, – расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке следователь и хмуро посмотрел на нее. – Чего с чемоданом? Словно в путешествие собралась.

– Ой, да! Я же по поводу чемодана и пришла!

– Не пугай меня.

– Виталик, в твоих устах я просто монстр какой-то. Я же к тебе по-дружески. Кого мне еще о помощи попросить-то? – невинно похлопала длинными ресницами Яна.

Мужчина нервно посмотрел на ее коленки.

– Мне сегодня так плохо! Чего ты именно сегодня явилась? Это просто невыносимо! – скривился он, как от зубной боли. – Еще и к начальнику вызывают зачем-то…

Цветкова открыла свою сумку и начала в ней рыться.

– Только не пирожки! Я есть не могу! – замахал руками следователь.

– Размечтался… – фыркнула она. – Что у меня тут? Пудра, пакеты, помада, минеральная вода, салфетки, книга, пустой термос, ключи… А вот! Пожуй, Виталик, жвачку! А то начальство тоже поймет, что тебе вчера было весело. Или грустно, тут уж не знаю…

Яна открыла пудреницу и погрузилась в созерцание своей внешности в раздумье, припудрить ли щеки или освежить помаду на губах.

– Какая гадость! – вдруг завопил Виталий Николаевич и отбросил в угол какую-то бутылку, уже пустую.

Яна даже не сразу поняла, что произошло.

А следователь схватился за горло, кинулся к форточке и принялся плевать туда с остервенением, одновременно держась за живот.

– Ты чего? – захлопнула пудреницу изумленная Яна.

– Цветкова, ты смерти моей, что ли, хочешь?

– Шутишь? Я к тебе за помощью…

– Я с утра с ума схожу, пить хочу, а как назло в кулере вода закончилась… И тут ты! Ничего себе минеральная вода! Я выпил залпом, а там какая-то гадость!

Яна рассмеялась в голос.

– Не может быть! Ну, ты и дурень! Это же минеральная вода для лица! Понимаешь? Косметическое средство, тоник для кожи с солями Мертвого моря.

– Вот-вот, именно что мертвого! Я сразу почувствовал! Все, Цветкова, конец тебе. Пришла к следователю и отравила его «мертвой водой» под видом минералки. Оригинальный подход! – Виталий Николаевич икнул и покраснел. – Извини…

– Ничего, ничего! Не будешь пить все, что под руку попадется. Но я к тебе по делу. Я тут улететь должна на неопределенное время…

– Все-таки уезжаешь? Слава богу. Надолго ли? Я к тому, сколько у меня времени, чтобы прийти в себя? – спросил следователь, все еще поглаживая себя по животу.

– Сама пока не знаю. Недолго, наверное… Еду к незнакомым людям.

– Это куда же? Не к своему заморскому принцу Шлагбауму?

– Он не принц, а князь, и не Шлагбаум, а Штольберг. А ты, как в детском саду, все знаешь и продолжаешь его так называть. Нехорошо, товарищ следователь, – покачала головой Яна.

– Вообще-то, я его пожалеть должен. Он же связался с такой женщиной только лишь потому, что иностранец и не до конца понимал всю опасность, грозящую его жизни.

– Вот и неправда ваша! Он все понимал больше нашего. А по-русски говорил так, что никто не догадывался, что Карл – иностранец. И меня он любил! А ты чем старше, тем злее становишься, а это нехорошо. Такой закоренелый холостяк!

– Ладно, ты что хотела-то? – опустил голову Виталий Николаевич.

– Только вот не говори, что напоить я тебя уже напоила, а теперь закусить предлагаю…

– Говорил уже… Но есть не могу.

– Виталий, мне надо кое-что вывезти за границу! – выпалила Яна.

Следователь ахнул.

– Не ожидал от тебя такого… Ведь если ко мне пришла, значит, что-то незаконное?

– Какой ты догадливый!

– Наркотики я сразу отметаю… – задумался милиционер.

– И на том спасибо.

– Хочешь вывезти золото? Или пистолет, чтобы пришить там своего неверного жениха?

– Мой груз тебе не понравится, – понурилась Яна.

– Больше тебе скажу: мне уже не нравится!

– Понимаешь, у меня в чемоданчике три ребрышка и три кусочка трупа… И я должна вывезти их в Норвегию. – Яна смотрела куда угодно, только не в глаза следователю.

– Что ты сказала? Что у тебя есть?

Вопросы Виталия Николаевича были весьма предсказуемы.

– Три кусочка трупа.

– Ты с ума сошла?

– Исключительно в благих целях, можешь мне поверить!

– Что-то мне плохо… – жалостливо произнес служитель закона.

– Виталик, держи себя в руках! Очень прошу! То есть если ты все-таки хочешь умереть от моей отравы, то пожалуйста. Только сначала помоги с вывозом.