Поворот в рассказе

– Да. Ремонтирую время от времени, но мне не хочется с ним расставаться. – Он уселся за руль. – Рад видеть вас снова. Куда поедем? Как насчет Макса? Там хорошие ужины.

– Конечно, в любое место. Только спокойно, – взмолился я. – Я не привык к высоким скоростям.

Джордж рассмеялся и включил передачу. Он вел машину на вполне разумной скорости. Ему хотелось знать все подробности моей поездки в Вашингтон. Он был так настойчив, что я заподозрил, не озабочен ли он тем, чтобы начать разговор о своих делах, пока мы не пришли в себя от нашей внезапной встречи.

Мы заняли спокойный столик у Макса, там, где было поменьше народу, и заказали легкие блюда. Я спросил, что он будет пить, но он покачал головой.

– Я бросил это, – сказал он. – Это требует расхода энергии, но в моей игре это не окупается.

Я заказал для себя бутылку легкого вина.

– Вы, конечно, завоевали славу, Джордж, – сказал я. – Но, ради всего святого, что же заставило вас отнестись к гонкам так серьезно?

Он бросил на меня странный взгляд:

– А почему бы нет. Вы же знаете о моем пристрастии к скорости.

– Я знаю, но не думал, что страсть будет такой сильной. В конце концов, если по временам вас обуревает стремление к скорости, у вас же есть «бугатти». Откровенно говоря, мне думается, что вы подвергаете себя дьявольскому риску. Сегодня вы напугали меня до смерти.

Джордж кивнул:

– Вы мудрый старик. Какая-то причина существует, и очень серьезная к тому же.

– Должно быть, так, – сказал я. – Я никогда не видал и, надеюсь, никогда не увижу в жизни настолько сумасшедшую езду. Неужели вы и вправду занимаетесь этим все последние шесть месяцев?

– Для меня это очень нелегко. Я не владею приемами профессионалов, а в этой игре, можете мне поверить, множество приемов. Чтобы победить, я просто набираю максимальную скорость, и в этом мой козырной туз.

Я не смог этого понять.

– Разумеется, не так уж важно всегда побеждать, – нахмурившись, рассуждал я. – Я хочу сказать, что не считаю необходимостью для вас победу всегда, во что бы то ни стало. Иногда можно себе позволить и проиграть.

Тут наш разговор прервал официант, принесший первое блюдо, и на несколько минут наступило молчание. Затем Джордж сказал:

– Видите ли, Майра всегда надеется на мою победу.

Я промолвил:

– О! – довольно тупо, а потом спросил: – Простите, Джордж, я что-то не улавливаю… Кто такая Майра?

Джордж проговорил с усилием:

– Майра – это девушка, на которой я собираюсь жениться.

Я автоматически пробормотал свои поздравления, но был чрезвычайно озадачен. Он совсем не выглядел счастливым. Фактически мои поздравления прозвучали довольно фальшиво.

Воцарилось весьма долгое напряженное молчание. Потом я попросил:

– Расскажите-ка мне все об этом.

Джордж откинулся на спинку стула и слегка пожал плечами.

– О, я не знаю, – начал он. – Мне не хочется беспокоить вас подробностями. Видите ли, Майре нравятся знаменитости. Сначала она и глядеть на меня не хотела. Затем кто-то рассказал ей о том, как я вожу машину, и в ней проснулся некоторый интерес. Я стал участвовать в гонках, чтобы порадовать ее, а теперь мы собираемся пожениться.

Рассказывая, он старался не смотреть на меня, и эта история показалась мне чрезвычайно странной.

– Но, конечно, Джордж, она все-таки должна понимать, какому риску вы подвергаетесь. Я хочу сказать, что ей же не хочется, чтобы с вами что-нибудь случилось.

Я почувствовал, что запутался, и прекратил этот разговор, досадуя на себя. Я достаточно старомоден и полагаю, что брак должен быть основан на одну четверть на любви и на три четверти на товариществе. Все это слишком смахивало на какую-нибудь голливудскую свадьбу, чтобы прийтись мне по вкусу.

Джордж покачал головой:

– Ну, полагаю, она вполне уверена в моем мастерстве вождения.

Я заметил довольно сухо:

– Да, понимаю.

– Нет, вы не понимаете, – с огорчением сказал Джордж. – Вы думаете, что все это весьма странно, но так оно и есть. Более того: это занятие становится для меня обузой. Надолго меня не хватит.

Говоря это, он расслабил мышцы лица, и я увидел ужас в его глазах, напугавший меня. Не часто приходится видеть обнаженный страх на лице мужчины, а я увидел это в тот вечер, и это было неприятное зрелище.

– Не думаю, чтобы существовал живой человек, который смог бы… – посочувствовал я. – Почему бы вам не бросить это занятие? В конце концов, у вас достаточно славы. Вполне достаточно.

– Нет, я не могу. Я не могу надеяться, что вы поймете. Я должен продолжать, пока не женюсь… Потом, может быть…

Я предложил:

– Пойдем к бару и выпьем коньяку. Вы почувствуете себя лучше.