Читаем Повседневная жизнь Аравии Счастливой времен царицы Савской. VIII век до н.э. - I век н.э. полностью

Можно ли реконструировать оазис Ма'риб в его первоначальном виде (зададим себе вопрос напоследок)? Возобновление обработки древних полей — первое приближение к решению проблемы: отныне на них произрастают люцерна, хлеба и фруктовые деревья. Посреди них высятся хутора с фермами из необожженного кирпича — иногда укрепленные, часто украшенные орнаментом. Однако вода поступает сюда ныне из механических насосов, а организации коллектива по использованию паводка давным-давно не существует. В древности водой заведовала община — с тем чтобы распределять ее справедливо. На каждом из мелких земельных участков их обладатель или пользователь сам оборудовал свой водосток-желоб, поддерживал его в должном состоянии и пускал в условленные дни и часы себе на землю долгожданную воду. Сев и сбор урожая, производимые, по меньшей мере, дважды в году, требовали множества работников одновременно, а их, конечно же, предоставляла семья.

Агрокультуры и леса

Культивируемые растения — это сорго, пшеница и ячмень, а также фрукты и виноград. В орошаемых зонах — множество пальмовых деревьев. По описанию Плиния, породы пальм весьма разнообразны.

Самая распространенная из них — это пальма-карлик, не выше куста. Обычно она бесплодна, но местами все же плодоносит…

Есть и пальмы, из которых состоят довольно густые рощи. Их ствол по всей своей окружности повсеместно порождает множество заостренных листьев, расположенных подобно зубьям гребня (…). У других стволы покрыты корой в форме узловатых колец, расположенных недалеко одно от другого и потому представляющих собой своего рода ступени. Такие пальмы очень удобны для лазанья по ним: восточный человек, подобно этому дереву, окружает себя чем-то вроде обруча из ивовых прутьев, который и помогает ему взлезать чуть не до самой верхушки с поразительной быстротой{17}.

Распознаны два вида античных пальм. Это — Medemia и Hiphaene, причем последняя успела исчезнуть из многих районов даже Хадрамаута{18}

.

Среди множества видов деревьев из семейства зизифуса (ююббы) Zysyphus spina christi занимает, бесспорно, первое место. В основном этот вид находит применение в строительстве, но также и в медицине. «Аравийский терновник есть, помимо прочего, вяжущее средство, коагулянт. Он свертывает все катаральные выделения и кровь при кровохарканье и чрезмерно обильных менструациях. Плод белого терновника — средство против скорпионов»{19}.

Встречаются также акации. Причем самые обычные из них — это обитательницы полупустынь Tortiiis и Hamulosa со столь для них характерными силуэтами плоских вершин. Оба вида используются в каркасах зданий как религиозного, так и светского назначения. Оба вида входят таким образом существенным элементом в строительное искусство городов Райбун и Шабва. К тому времени, когда эти два города оказались покинутыми своими жителями, их лесной покров мало чем отличался, нужно думать, от того, что предстает перед глазами ныне: никакая иная естественная растительность не пришла ему на смену. То здесь, то там видны одиноко стоящие акации, деревья, источающие мирру, тамариски, но высокие строевые леса, столь дорогие сердцу древних авторов, давно уже исчезли полностью.

Исчезновение лесов не остановилось на окраинах низинных городов, то же самое явление хорошо известно и горам Йемена. Помимо видов, упомянутых выше и в прошлом широко распространенных, для горной растительности характерны многие разновидности фикуса, можжевельника, Dracaena, Olea africana и т. д., то есть все виды носителей эфирных масел, которые встречаются на тех же уровнях эфиопского высокогорного плато. Вырубка леса здесь свирепствовала по разным причинам — строительство, бытовые нужды… Причем до такой степени, что даже можжевельники сохранились в Худжарийе, в районе Таиза, в горах Асира всего лишь как редкие пучки{20}.

Город Ма'риб

Перейти на страницу:

Все книги серии Живая история: Повседневная жизнь человечества

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Алхимия
Алхимия

Основой настоящего издания является переработанное воспроизведение книги Вадима Рабиновича «Алхимия как феномен средневековой культуры», вышедшей в издательстве «Наука» в 1979 году. Ее замысел — реконструировать образ средневековой алхимии в ее еретическом, взрывном противостоянии каноническому средневековью. Разнородный характер этого удивительного явления обязывает исследовать его во всех связях с иными сферами интеллектуальной жизни эпохи. При этом неизбежно проступают черты радикальных исторических преобразований средневековой культуры в ее алхимическом фокусе на пути к культуре Нового времени — науке, искусству, литературе. Книга не устарела и по сей день. В данном издании она существенно обновлена и заново проиллюстрирована. В ней появились новые разделы: «Сыны доктрины» — продолжение алхимических штудий автора и «Под знаком Уробороса» — цензурная история первого издания.Предназначается всем, кого интересует история гуманитарной мысли.

Вадим Львович Рабинович

Культурология / История / Химия / Образование и наука
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука