Читаем Повседневная жизнь Аравии Счастливой времен царицы Савской. VIII век до н.э. - I век н.э. полностью

С боковой стороны к дому пристроена относительно высокая лестница, открывающая доступ на первый этаж. Любопытное обстоятельство: стены дома, его этажи, его каркас построены исключительно из дерева. Деревянные стоянки и балки составляют костяк строения и их сочленения воспроизводятся в неизменном виде на каждом новом уровне, на каждом более высоком этаже. Ныне такая техника строительства может показаться весьма странной — в стране, начисто лишенной растительности. Вот это строительство в течение тысячелетий «многоэтажек» из дерева, не извело ли оно начисто дремучие леса, о которых говорят древние авторы? Имеются серьезные основания принять это предположение.

Дома-башни

Как определить высоту древних домов? Задача трудная. Особенно если принять во внимание, что дошедшие до нас фрагменты древних стен не превышают в высоту двух метров. Для ее решения археологи могут обратиться к текстам посвящения, таких, как: «три этажа этого здания (?)», «четыре этажа»… Или еще к таким, не вполне вразумительным: «шесть уровней с шестью этажами (дворца), из которых высший уровень включает в себя два этажа»{16}. Изображаемые на барельефах дома суть, предположительно, довольно верные копии со своих оригиналов — с их этажами, с их парадными подъездами, которые украшены пилонами, с их террасами, огражденными парапетом, не непрерывным, но расчлененным. Высокие жилые дома в современном Йемене, эти правнуки античности, продолжают ее многовековую традицию. Не впадая в преувеличения относительно возможного числа этажей, можно тем не менее с достаточной уверенностью сказать: преобладающим типом городского жилья в древности был, конечно, «дом-башня».

В таком типе строений на первое место выходит оборонительная функция древнего жилища. Цоколь приподнимает дом, делая доступ в него довольно трудным. Предполагаемая высота здания также служит элементом его защиты. Малочисленные и очень узкие отверстия в стенах первого этажа могут быть при необходимости использованы как бойницы для стрельбы из лука, а верхние террасы — для наблюдения за противником и для отражения его атак при помощи всякого рода метательного оружия. Итак, обитатели дома видят в нем свое убежище и свою крепость. На протяжении всей своей древней истории и совсем недавней, йеменцы с успехом находили своим жилищам и такое применение. Единственное уязвимое место состоит в выборе строительного материала: деревянные каркасы зданий частично выступают наружу — их легко поджечь.

Высокий тип домов вовсе не монополия одной только Южной Аравии. В Эфиопии дворцы аксумских государей, возводимые с самого начала нашей эры, также состоят из нескольких этажей из дерева и из каменного цоколя. Или, вернее, состояли, а сохранившиеся обелиски дают некоторое представление о пышном декоре экстерьера. В дельте Нила немало высоких домов из кирпича и дерева, с окошками-бойницами и с башнями-голубятнями по обеим сторонам. Фрески и мозаики Помпеи также воспроизводят тот же тип конструкции — одновременно мощный и хрупкий. В южной Сирии башни-дома обеспечивают неприкосновенность окружающих их садов и виноградников. В Киликии такой же тип домов весьма распространен в эллинистическую эпоху. В целом, тип башен-домов общ для местностей, которым угрожают набеги кочевников, и наиболее распространен на периферии земледельческой зоны.

Более того, дома-башни — достояние не одной только античности. В Средние века, как и в Новое время, такие дома можно встретить в широком ареале от Италии до Кавказа. Останемся, однако, в Йемене, где градостроительство явно предпочитает вертикальное направление. Дома на высоких плато Хадрамаута и в вади Дав'ан весьма походят на замки, а дома-фермы в оазисах на плоскости — на маленькие форты. Все они несут на себе шрамы грабежа, поджога, погрома, все они хранят память о былых сражениях. В течение веков они даже продвинули вперед фортификационные работы: амбразуры в стенах, галерея с навесными бойницами над входом, парапеты с промежутками для амбразур на террасах, внутренние двери и т. п.{17} Появление земляных валов не испортило их экстерьера. В городе, как и в деревне, именно потребности обороны — главнейший мотив возведения высоких домов. Правда, их высота некоторыми авторами истолковывается как производная от цены на землю: так, к примеру, объясняется высота домов в Шибаме (Хадрамаут) или в современной Сане. Это, возможно, еще одна составляющая того же явления. И еще одна, причем на этот раз совершенно бесспорная: престиж. Величина дома — зеркало богатства его сеньора.

Богатый дом

Строительство каждого из этих домов требует весьма разнообразных материалов (камня, строительного леса, необожженных кирпичей) и столь же разнообразных профессий (камнеломов, камнетесов, каменщиков, плотников). Работающих нужно кормить и вознаграждать за их труд. Все это предполагает наличие очень значительных финансовых средств у будущего домовладельца или у пайщиков товарищества{18}.

Перейти на страницу:

Все книги серии Живая история: Повседневная жизнь человечества

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Алхимия
Алхимия

Основой настоящего издания является переработанное воспроизведение книги Вадима Рабиновича «Алхимия как феномен средневековой культуры», вышедшей в издательстве «Наука» в 1979 году. Ее замысел — реконструировать образ средневековой алхимии в ее еретическом, взрывном противостоянии каноническому средневековью. Разнородный характер этого удивительного явления обязывает исследовать его во всех связях с иными сферами интеллектуальной жизни эпохи. При этом неизбежно проступают черты радикальных исторических преобразований средневековой культуры в ее алхимическом фокусе на пути к культуре Нового времени — науке, искусству, литературе. Книга не устарела и по сей день. В данном издании она существенно обновлена и заново проиллюстрирована. В ней появились новые разделы: «Сыны доктрины» — продолжение алхимических штудий автора и «Под знаком Уробороса» — цензурная история первого издания.Предназначается всем, кого интересует история гуманитарной мысли.

Вадим Львович Рабинович

Культурология / История / Химия / Образование и наука
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука