Повседневная жизнь Арзамаса-16

Из доклада Н. С. Хрущева XXII съезду КПСС: «Хочу сказать, что очень успешно идут у нас испытания и нового ядерного оружия. Скоро мы завершим эти испытания. Очевидно, в конце октября. В заключение, вероятно, взорвем водородную бомбу мощностью в 50 миллионов тонн тротила. Мы говорили, что имеем бомбу в 100 миллионов тонн тротила. И это верно. Но взрывать такую бомбу мы не будем, потому что если взорвем ее даже в самых отдаленных местах, то и тогда можем окна у себя повыбивать. Поэтому мы пока воздержимся и не будем взрывать эту бомбу. Но, взорвав 50-мегатонную бомбу, мы тем самым испытаем устройство и для взрыва 100-мегатонной бомбы. Однако, как говорили прежде, дай бог, чтобы эти бомбы нам никогда не пришлось взрывать ни над какой территорией. Это самая большая мечта нашей жизни!»

Глава седьмаяБудни полигонов

«А зори здесь тихие…»[116]

Во время подготовки ядерных испытаний, иногда очень длительных, вечера оставались для отдыха и развлечений, основным из которых было кино. Главный инженер 5ГУ МСМ Владимир Иванович Карякин, который часто был руководителем испытаний, являлся страстным поклонником детективов и приключенческих лент. Нередко в адмиральском салоне-столовой демонстрировалось до трех фильмов. Но наступил момент, когда всё, в том числе и фильмы, надоело до чертиков. Однажды вечером, после ужина, Карякин спросил: «Детективы смотреть будем?» Мы дружно ответили: «Нет!» Адмирал Миненко поинтересовался, какой фильм идет в матросском клубе. Там шла кинокартина «А зори здесь тихие…». Фильм замечательный, но большинство из нас видели его уже не один раз. Вдруг адмирал говорит-. «Может быть, посмотрим сценку, как девушки парятся в бане?» Следует отметить, что в те времена в поселке находилась всего одна женщина, да и то очень пожилого возраста. За три месяца, как мы покинули цивилизацию, мужики порядочно одичали, а поэтому предложение было поддержано с энтузиазмом.

Пришли в клуб. Мичман доложил адмиралу, что личный состав смотрит фильм «А зори здесь тихие…». Адмирал спросил:

— Баня была?

— Была.

— Крути назад!

Перекрутили пленку. Зал был полон матросов — парней 19–20 лет. Протестов по поводу остановки фильма не последовало. Сценку в бане, красивые молодые тела девушек-зенитчиц такого же возраста, что и зрители, публика встретила ревом, бурей восторга. «Ну, что, еще посмотрим?» — спросил адмирал у зала. «Да! Да!» — громче морского прибоя пронеслось по залу. По просьбе зрителей отрывок из фильма демонстрировался раз пять. Все были довольны.

«Что ж, сынки, смотрите фильм дальше», — сказал адмирал, и под бурные аплодисменты благодарного зала мы покинули клуб. «Искусство — великая сила! — подумал я. — Особенно в экстремальных (в отсутствие женского пола) условиях».

«Трудная» работа

Для одного из опытов передвижной пункт автоматики (ППА) вместе с измерительными фургонами установили на берегу реки Шумилихи. Кабели подрыва заряда и методик физизмерений были перекинуты через эту горную речку и лежали на изящных подставках.

В деревянной гостинице я жил в одной комнате с Виктором Никитовичем Михайловым. Оба были начальниками экспедиций: я — ВНИИЭФ, а он — НИИИТ. В нашей комнате за шкафом стоял молочный бидон со спиртом.

Однажды погода испортилась, подул сильный ветер, который перевернул миниатюрные рогульки-подставки.

Вечером пришли три сотрудника НИИИТ и доложили, что от порывов ветра кабели упали в реку «Но мы, — сказали они, — кабели подняли, просушили и „прозвонили“, так что теперь они снова находятся в боевом состоянии». — «Спасибо!» — поблагодарил Михайлов, но ребята уходить вроде не собирались. «Что у вас еще, хлопцы?» — обратился к ним Виктор Никитович. Но они помалкивали. Тогда я обратил внимание, что у них из карманов торчат горлышки бутылок. «За работу в холодной воде разрешаю налить!» — изрек начальник экспедиции. Ребята быстренько наполнили свои емкости и мгновенно исчезли.

На следующий день история повторилась: кабели снова упали в воду, их подняли, просушили, «прозвонили», а ребята за свою «трудную» работу были отмечены разливной «валютой». Все было бы понятно, если бы не одно обстоятельство: в этот день даже слабого ветра не наблюдалось. «Виктор, почему кабели падают в воду даже в безветренную погоду?» — обратился я к Михайлову и предложил рано утром съездить на штольню. Так и сделали.