Повседневная жизнь Арзамаса-16

В поселке Большой Азгир были разрушены здание школы, общежитие школы-интерната и некоторые дома жителей поселка. А иные здания были частично повреждены — развалились печи, побиты оконные стекла. И. Ф. Турчин в своих воспоминаниях записал: «Возвращаясь в конце дня со скважины, при въезде в поселок я увидел, что около одного здания собралось много народа. Останавливаюсь: в чем дело? Вижу саманный дом: нет одного угла — отвалился. В доме топится железная печка, около нее греются человек пять детей. Срочно принимаем меры для ремонта и восстановления поврежденных зданий. Ведь на улице заморозки. Семьи, у которых дома полностью разрушены, временно устраиваем на жительство к родственникам и знакомым. Никакой паники, никакого враждебного отношения к нам не было. Некоторые жители изъявили желание произвести ремонт своими силами, им был выдан необходимый материал. Отношение населения характеризует такой довольно, на мой взгляд, интересный случай.

Житель поселка Азгир выполнял поручение штаба по выводу населения. Примерно в полночь доложил, что работу выполнил, претензий нет. Поблагодарив его, пожелал ему спокойной ночи, а он в ответ: „Иван Федорович, мне некуда идти, дом полностью разрушен, семья сейчас у брата“. Выезжаем к месту события — груды самана, земли. Дома нет. Вижу, хозяин не очень-то расстроен. „Что ж, — говорит он, — это должно было произойти, ведь его строил мой прапрапрадед, перекрытие все сгнило, на нем было до полутора метров земли, я боялся, что когда-нибудь завалит нас с детьми“. Для „Галита“ к этому времени было построено четыре гостиничных, прекрасных, огромных, четырехкомнатных, рубленых дома, каждая комната около 40 квадратных метров. Решаю один передать ему, а три — сельскому совету под школу. Учебный год срывать нельзя. Попросил хозяина на следующее утро прийти и выбрать один из домов. Наутро приезжаю к этим домам, вижу, ходят с братом, осматривают, а лица недовольные. „В чем дело?“ — спрашиваю. „Да, дом хороший, но принять его не можем, слишком большой, нам его не отопить. Нам бы вот такой небольшой, как тот, рубленый амбар, площадью примерно 30 квадратных метров“. Срочно перевезли сруб, пристроили к нему еще столько же, кроме того выстроили скотный двор. Остались довольны все стороны. А четыре огромных рубленых дома отдали взамен разрушенной школы»[137].

После проведения в скважинах трех атомных взрывов на «Галите» началась подготовка подрыва заряда в уже созданной полости на глубине 600 метров. В этом опыте впервые отрабатывалась методика подрыва ядерных зарядов разных мощностей в одной и той же полости. Полость и скважина заполнялись водой. После подготовки, спуска изделия в полость скважины и постановки забивочного комплекса изделие подрывалось обычным способом. При этом наблюдалось интересное явление: в момент взрыва вода из полости и скважины куда-то пропадала, а затем, через несколько минут, с грохотом, шумом и свистом вновь возвращалась в полость и скважину. Картина создавалась довольно жутковатая, да и наблюдать за ней на расстоянии 40–50 метров от ствола скважины было небезопасно. После того как все стихнет и успокоится, турбобуром быстро разбуривается цементная пробка и скважина опять готова к приему нового заряда.

Таким методом с 1968 по 1979 год было произведено семь взрывов ядерных зарядов в полости одной скважины. До этого в каждой полости производился только один взрыв. Это давало большой экономический эффект. Ведь только одно бурение скважины стоило от 500 до 700 тысяч рублей в ценах того времени!

При проведении повторных взрывов в полостях столкнулись с той же проблемой, как и при тушении горящего газового фонтана. Даже спустя несколько лет после первого взрыва температура в скважине была 100 и более градусов по Цельсию. Само изделие термостойкое — выдерживало такую температуру, а вот выпускаемые промышленностью измерительные кабели контроля работы автоматики типа РК выдерживали только 71 градус. Кроме того, цемент при наборе прочности еще добавлял повышение температуры на 17–20 градусов Цельсия. Кабели могли не выдержать. Специальные термостойкие кабели были большим дефицитом. Как снизить температуру, воздействующую на кабели РК?

И вновь испытатели в кратчайшие сроки нашли выход. Дефицитные термостойкие кабели разместили от манжеты ниже до изделия, а те, что идут сверху от устья скважины до манжеты, решили обезопасить от перегрева, снизив температуру схватывания цемента забивочного комплекса за счет добавки барханного песка в цемент. Оставалось лишь определить, какое количество песка надо добавить, чтобы получить общую температуру схватывания цемента не более 70 градусов и необходимую по проекту прочность 50 килограммов на квадратный сантиметр!

Для этого пришлось осуществить научный строительный эксперимент, не имеющий к ядерному никакого отношения. Он потребовал смекалки и времени, так как несколько суток велись наблюдения и измерения.