Повседневная жизнь французов во времена Религиозных войн

Наиболее радикальными были идеи Эразма. Известно, что он полемизировал с Лютером относительно свободы христианина перед лицом Божественной благодати, отверг предложения немецкого реформатора, с которым у него были серьезные расхождения, а в 1526 году он предложил оставить протестантов в покое и созвать Вселенский собор. Это предложение, не только исполненное глубокой терпимости, но и, по сути, включавшее толерантность в правовое пространство, в то время было единственным, и исходило оно от великого гуманиста, обладавшего необычайной широтой взглядов.

Монархи европейских государств того времени находились под сильным влиянием гуманизма.

Уроженец Гента Карл V, соотечественник Эразма, родившегося в Роттердаме, попытался осуществить политику терпимости в пределах Священной Римской империи германской нации, в то время буквально раздираемой на части борьбой лютеран с католиками. Франциск I, интеллектуал, покровитель художников и поэтов, привязанный к своей сестре Маргарите Наваррской, во многом разделявшей воззрения гуманистического кружка в Мо и Лефевра д'Этапля, также пытался решить вопрос посредством терпимости и лишь позже начал гонения на протестантов.

Алессандро Фарнезе, ставший папой под именем Павла III, инициатор созыва Тридентского собора, верил в возможность найти решение, способное восстановить мир в рядах Церкви. В ожидании решений собора, завершившего свою работу только в 1563 году, ибо заседания его прерывались из-за постоянно вспыхивавших войн, европейские князья пытались выдвинуть компромиссные решения, которые могли бы удовлетворить население их стран. Так, Карл V положил конец военному конфликту между двумя религиями, заключив 25 сентября 1555 года Аугсбургский мир.

Однако этот договор предоставлял свободу совести князьям, но не жителям княжеств. Основополагающим принципом, даже если он и не был записан в официальных документах, стал cujus regio, ejus religio («каков князь, такова и вера»). Мысль о том, что выбор должен делать государь, в Священной Римской империи германской нации никто не стал оспаривать, ибо на ее территории государства, княжества и вольные города были столь многочисленны, что сменить место жительства было достаточно просто. Аугсбургский мир стал шагом вперед по сравнению с политическими решениями предыдущего века, когда Ян Гус вместе со своими учениками был сожжен на костре. Но шаг этот был совсем крохотным по сравнению с той длинной дорогой, которая вела к толерантности. Индивидуальное сознание каждого человека пока еще в расчет не принималось.

В Англии, где численность населения достигала всего трех-четырех миллионов, а власть была сосредоточена в руках Генриха VIII, проблема терпимости ставилась по-иному. Король Генрих VIII, интеллектуал, блестящий теолог, во многом разделявший идеи Эразма, решил порвать связь между папой и английской церковью, которая с этого момента становится независимой от Рима. В 1536—1539 годы упраздняются монастыри, проводится «национализация» монастырского имущества и монастырские земли продаются с аукциона в пользу монархии. Антимонастырская политика, отвечавшая чаяниям времени, когда монахов в Англии особенно не жаловали, только углубила ров, вырытый между Англией и католицизмом.

Но проблема протестантизма так и не была решена. Эдуард VI (1547—1553) официально привел страну к кальвинизму, в то время как сестра его Мария Тюдор (1553—1558) вновь резко развернула ее к католицизму. Елизавета I (1558—1603) последовала по стопам отца и стала искать компромисс между двумя религиями в рамках объединения английской нации. Тридцать девять статей, определявших статус англиканской церкви, увели догматы в русло Реформы, сохранив при этом иерархическую организацию духовенства, а также ритуальную и церемониальную пышность.

Повторная унификация христианской веры под авторитарным руководством монарха удовлетворила большую часть англичан, однако вызвала резкое недовольство католиков и протестантов, враждебно относившихся к любому компромиссу. Искусственно созданное единство несло в себе зародыши многих конфликтов, так как внутри англиканской церкви было несколько различных теологических течений, борьба которых порождала волнения в обществе.

Франция, большое и одно из наиболее могущественных королевств в Европе (16—17 миллионов жителей), где традиции централизованного управления государством были заложены еще Капетингами, в своем политическом развитии во многом опережала другие страны Европы, там невозможно было даже представить себе систему терпимости на германский манер, ибо она противоречила всему предшествующему развитию государственной власти и национальной политической культуры. В отличие от немецких земель, во Франции была сделана попытки найти решение, напоминающее английский вариант, так как галликанские тенденции, то есть естественная склонность рассматривать проблемы церкви в рамках Французского государства, всегда присутствовали в сознании французов.