Повседневная жизнь японцев. Взгляд за ширму

Да, современная Япония, как и большинство развитых государств мира с широко декларируемыми либеральными ценностями, официально отрицает наличие и необходимость легальной проституции. Понятно, что так было не всегда — традиции Ёсивары и Симабары не могли умереть в одночасье. Этого и не произошло. Как мы помним, японцы относятся к проституции как к «необходимому злу»: «Да, это плохо, но ведь деться от этого все равно некуда. Так что пусть уж это будет, но мы не станем об этом говорить». Признаемся, это не самая уникальная позиция, и держав, закрывающих глаза на многочисленные «клапаны», через которые усталый народ может выпустить психологический «пар», не так уж и мало. Но Япония не была бы Японией, если бы не подошла к такой позиции с дотошным обоснованием ее необходимости.

Впервые важность проституции в качестве «необходимого зла» была убедительно доказана в начале эпохи Эдо, в XVII веке. Далее, несмотря на возникающее время от времени желание властей избавиться от «веселых кварталов», идея продолжала крепнуть в сознании народа в качестве одного из незыблемых постулатов достижения и сохранения психологического и физиологического здоровья (если не считать неизбежной функции этих самых кварталов как рассадников венерических заболеваний). Как мы видим, она и сегодня вполне успешно работает: коренным образом изменились внешние атрибуты, но фундаментальные ценности остались незыблемыми. Казалось, что системе «неизбежного зла» будет нанесен сокрушительный удар сразу после окончания Второй мировой войны, когда фактическую власть в Японии получила американская военная администрация, изначально настроенная столь решительно, сколь и пуритански, но… Уже первые месяцы американского хозяйничанья на Островах заставили победителей столкнуться с удивительным феноменом мгновенной перестройки японского сознания и способности совершать самопожертвование в самых, казалось бы, необычных ситуациях.

До капитуляции Японии 15 августа 1945 года американская армия изображалась в воюющей Японии как страшное, смертельно опасное сборище огромных диких варваров, отбросов цивилизации, в том числе в сексуальном смысле. Грядущая оккупация империи четко ассоциировалась у ее жителей с сексуальным рабством женщин, что для самих японцев не просто понятно, а вполне естественно: Китай и Корея до сих пор предъявляют претензии Стране солнечного корня за преступления сексуального характера, совершенные японской армией в этих странах, например многолетнюю половую эксплуатацию китайских и корейских женщин японскими военными — по сути, массовые изнасилования и принуждение к проституции. Но, если японцам несложно было вообразить, чего именно им следовало ожидать в случае оккупации Островов американцами, то оккупанты никак не могли себе представить, какие против них будут предприняты встречные меры.

Не в силах противостоять ожидаемым массовым изнасилованиям, японское правительство решило хотя бы перевести этот процесс в более или менее управляемую форму. С этой целью сразу же после окончания войны министерство внутренних дел Японии обратилось к соотечественницам с призывом спасти нацию от половых преступлений путем добровольного удовлетворения сексуального голода американских солдат. Немедленно была создана организация под нейтральным названием «Ассоциация отдыха и развлечений», которая тут же занялась организацией публичных домов казарменного типа для обслуживания солдат и офицеров оккупационных сил союзников в четко определенных местах. В Токио, например, таким местом стал тихий спальный район Омори, где по иронии судьбы автору этой книги довелось жить десятилетия спустя. Американцы были поражены, узнав, что в ассоциацию действительно добровольно, без всякого к тому принуждения, вступили тысячи женщин, в том числе замужних, и вдов солдат, павших на войне. Понять, что руководило ими — желание таким образом отомстить за погибших мужей и братьев или страстный порыв к защите страны, нам довольно сложно, и этот вывод каждый может сделать для себя сам. Важно другое: так или иначе, эти японки приняли на себя удар десятков тысяч изголодавшихся по половой любви американских солдат, которых обслуживали за очень скромные деньги или недорогие, но важные для голодной и нищей послевоенной Японии подарки — пачку сигарет или упаковку чулок. Многие работали едва ли не круглосуточно, принимая в дни солдатских увольнений десятки черных и белых морских пехотинцев в бараках, где комнаты лишь обозначались развешанными простынями.