Повседневная жизнь итальянской мафии

Когда правительство мафии принимает решение, оно должно быть выполнено любой ценой. Так, в начале лета 1983 года Капитул решил, что консильере Рокко Кинничи должен быть уничтожен, без сомнения, потому что он «прижал» Папу, Микеле Греко. Как и всех других представителей власти, Рокко Кинничи нельзя было бы назвать легкой мишенью. Постоянно окруженный примерно пятью телохранителями, этот человек почти нигде не бывал. Для того чтобы получить возможность убить его, «людям чести» пришлось пойти на чрезвычайные меры. 29 июля 1983 года в 8 часов 08 минут, когда консильере Кинничи выходил из дома, автомобиль, начиненный по меньшей мере пятьюдесятью килограммами взрывчатки, взорвался, разнеся на части самого следователя, троих его телохранителей и привратника дома, в котором он жил.

После смерти консильере Кинничи сотрудники палермского Дворца правосудия поняли, что отступать в любом смысле этого слова уже невозможно. Нельзя было дать задний ход машине правосудия: за последние четыре года они доставили слишком много неприятностей «людям чести». И если «Коза ностре» понадобилось бы убить любого из них, ничто не могло бы этому помешать. Это был бы лишь вопрос времени и средств.

Итак, не питая особых иллюзий, власти усилили меры по обеспечению безопасности внутри Дворца правосудия и создали команду следователей, которые должны были вести одни и те же дела. И жизнь пошла своим чередом. По утрам во дворце было все так же оживленно. В коридорах адвокаты продолжали сговариваться со своими клиентами, время от времени мимо них проходили следователи и судьи, окруженные телохранителями так плотно, что, казалось, они ожидали, что сразу по выходе из дворца на них непременно будет совершено покушение.

В послеполуденное время, когда во дворце становилось пустынно и «смотр» адвокатов и их подзащитных оканчивался, запертые в своих бронированных кабинетах следователи работали в полной тишине и полной тайне. Если у них не было назначено встречи с информаторами — полицейскими или служащими банков, — чиновники приступали к опросу обвиняемых или к очным ставкам.

Из всех чиновников, сидевших во Дворце правосудия, Джованни Фальконе был, несомненно, самым грозным для мафии города. Это был человек с виду очень мягкий, с небольшой бородкой, внешность и обходительность которого вызывали всеобщее восхищение. У Джованни Фальконе было больше, чем у кого бы то ни было во Дворце правосудия, причин оказаться в списке убитых. Не только оттого, что он был из тех, кто, не щадя жизни, отчаянно бросился на борьбу с мафией, но и потому, что ему еще и многого удалось добиться. Джованни Фальконе понял, что единственно верное средство победить «людей чести» — подорвать финансовую основу их деятельности, и ему удалось успешно провести целую серию банковских расследований, благодаря которым более чем против ста мафиози было возбуждено уголовное дело по факту торговли наркотиками.

Банковские расследования

Прежде чем целиком окунуться в бизнес, связанный с наркотиками, «Коза ностра» получала свои, хоть и тоже неправедные, но гораздо меньшие доходы от другой преступной деятельности. Раньше различные «семьи» жили благодаря рэкету, который они осуществляли в отношении торговцев каждого палермского квартала, а также благодаря спекуляции недвижимостью и контрабанде сигарет. И как бы ни были значительны доходы от такого рода деятельности, они были несопоставимы с теми прибылями, которые мафиози стали получать от торговли так называемыми тяжелыми наркотиками.

Захват в 1979 году в аэропорту Палермо чемодана, в котором находилось 600 тысяч долларов, в первый раз показал властям, каковы размеры доходов «Коза ностры». Если верить утверждениям американского Агентства по борьбе с распространением наркотиков, мафия выручает с каждого килограмма героина, присылаемого в Нью-Йорк, 250 тысяч долларов. Больше того. Поскольку, деля один килограмм героина, получают 33 тысячи доз, это равнозначно полутора миллионам долларов. Понятно, что при таком раскладе привлеченные легкими и быстро оборачиваемыми барышами очень многие торговцы недвижимостью, ювелиры и другие связанные с «Коза нострой» коммерсанты отказались от своей первоначальной деятельности в пользу торговли героином.

На заре 80-х годов на Сицилии действовало по меньшей мере пять подпольных лабораторий по производству героина, каждая из которых могла перерабатывать по 50 килограммов опия, производя соответствующее количество белого порошка, столь же чистого, сколь и смертельного. И хотя лаборатории работали не на полную мощность, предположительно две тонны наркотиков каждый год переправлялись в Соединенные Штаты, что составляло значительную долю всего потребления героина в США. В обмен на Палермо и окрестности пролился буквально золотой дождь, то есть десятки миллионов долларов.