Повседневная жизнь Кремля при президентах

То же и с инаугурацией. В США все фиксировано: каждые четыре года 4 ноября проходят выборы президента, а 20 января, через два с половиной месяца, проводится церемония вступления в должность вновь избранного главы государства. В январе в Вашингтоне довольно тепло, так что весь церемониал проходит на Капитолийском холме при большом стечении народа. А потом организаторы успешной предвыборной кампании разъезжаются по 10–15 гостиницам и одновременно проводят там инаугурационный прием. Президент объезжает почти все эти гостиницы, фотографируется с теми, кто пришел на его праздник. Билеты на такой прием стоят от одной до двух тысяч долларов. Уговаривать купить билет никого не надо: элита стремится выпить шампанского с человеком, который четыре года будет осуществлять высшую исполнительную власть в стране.

Когда мы решали, как провести инаугурацию первого советского президента, мы изучили множество документов, но это мало что дало. Нам не хотелось резкого перехода от советского периода истории назад, к царскому прошлому, да это было бы и непонятно нашим современникам. После долгих размышлений мы остановились на простом и строгом варианте: президентская клятва на конституции в Кремлевском дворце съездов и прием в банкетном зале на 1100 человек, с присутствием представителей всех политических партий и движений, а также молодежных организаций.

Так была заложена традиция, которая продолжения не получила: наступил 1991 год, произошло ГКЧП, и Михаил Сергеевич Горбачев стал президентом несуществующей страны.

Работая в протоколе, следует прежде всего уважать себя. Здесь нельзя заниматься политиканством, нельзя допускать малейшей тени высокомерия. Необходимо внимательно выслушивать просьбы и требования зарубежных коллег, настаивать на выполнении всех наших протокольных позиций, но и стараться идти навстречу. Какими бы сложными отношения ни были, гость всегда должен чувствовать прежде всего доброжелательность принимающей стороны. В своей протокольной практике я всегда ставил это во главу утла.

За столом переговоров я всегда начинаю с того, что стараюсь понять, какая у моего собеседника позиция. И знаю наверное, что навязать ему свою точку зрения не смогу. Зато могу выделить ключевые проблемы, растолковать коллеге свою позицию и добиться понимания в принципиальных вопросах.

В протоколе главное быть откровенным со своим партнером. Вопросы возникают порой самые неожиданные и на первый взгляд простые. Например, цвет платья супруги президента. Если модным был, к примеру, зеленый, нам следовало быть начеку: нельзя было допустить, чтобы обе супруги появились в одеяниях одинакового цвета. Я говорил: большая просьба, узнайте, в чем будет супруга вашего президента. И коллеги мне сообщали, и если надо было, мы эту ситуацию координировали. Когда было тяжело находить общие решения, я так и говорил: мне тяжело. Когда начались проблемы со здоровьем у Бориса Николаевича, мне приходилось считать ступеньки: высоких лестниц нашему президенту было не одолеть. Я просил найти другой въезд, другой проход, где ступеней поменьше.

К примеру, была у нас еще одна протокольная проблема: фраки. Когда Горбачев находился с визитом в Испании, принимающая сторона предложила нам надеть на прием фраки. И хотя они настаивали, мы отказались, так как Михаил Сергеевич был категорически против, и сошлись на темном костюме. Когда в Испанию с визитом приехал Ельцин, к тому времени мы уже начали носить смокинги, впервые надев их в Москве во время визита королевы Великобритании. В Испании нам снова предложили надеть на прием к королю фрак. Мы, в свою очередь, предложили смокинг, но, как оказалось, смокинг король не признает, и мы вновь сошлись на темном костюме.

Единственное мероприятие, на которое Михаилу Сергеевичу непременно пришлось бы надеть фрак, — это церемония вручения ему Нобелевской премии мира в Стокгольме. Но так сложилось, что он туда не поехал, и вместо него фрак надел Анатолий Гаврилович Ковалев, первый заместитель министра иностранных дел, который был уполномочен получить премию вместо него.

Языком протокола всегда был французский, но постепенно, когда весь мир заговорил по-английски, английский стали признавать и в протоколе, иначе получается много путаницы. Например, при рассадке. Обычно мы оговариваем, по какому алфавиту будем рассаживать гостей. К примеру, если «восьмерка» проходит во Франции — это один порядок, если в Денвере, в Америке — другой. Но обязательно по алфавиту, поскольку все участники встречи равны.

Первое место отводится хозяину, потом, по алфавиту, гостям.