Повседневная жизнь первых российских ракетчиков и космонавтов

Необычным образом покинул ряды холостяков мой тезка — Эдуард Кугно. В апреле 1964 года в порядке подготовки к сдаче кандидатских экзаменов проводился семинар по теории марксизма-ленинизма, на котором присутствовали все 14 слушателей-космонавтов нашего отряда (я в это время уже боролся за право остаться в отряде — лежал в госпитале на очередном обследовании) и который проводил преподаватель Академии имени Жуковского (хорошо помню) полковник Сергеев. Эдуард в ходе дискуссии высказал простую мысль: «А вот почему у нас не двухпартийная система? Как вот у американцев», — и стал развивать эту гениальную идею дальше, излагая свои взгляды на преимущества этой системы в сравнении, естественно, с нашей, где народ и партия едины и неделимы на века. Ну выступил и выступил. После него еще выступали и говорили, наверное, не менее умные слова. На следующий день про этот семинар и забыли. А через пару недель приходит приказ главкома ВВС — отчислить капитана Кугно из отряда слушателей-космонавтов как имеющего низкие политико-моральные качества (слова приказа, может быть, и не такие, но суть такая). Этот приказ, который для нас был как гром среди ясного неба, имел и этические последствия. Собрался весь отряд, я к этому времени уже вышел из госпиталя, и стали выяснять, откуда командование узнало о деталях прошедшего семинара? Кто доложил? Пригласили Сергеева. Он клянется и божится, что не он. Долго возмущались, спорили, пытались все же понять, нет ли среди нас такого добросовестного коммуниста, партийная совесть которого заставила его после семинара пойти в политотдел, и не будет ли он поступать так и впредь. Конечно, мы такого не нашли. Справедливости ради надо сказать, что много лет спустя я все же узнал, что Сергеев зашел, как, впрочем, это он делал и всегда, к начальнику политотдела и просто доложил о проведенном семинаре, не акцентируя особого внимания на отдельных выступлениях. Думаю, что это уже замполит сделал соответствующие оргвыводы. Фамилию замполита помню, но не хочу упоминать — пусть это будет на его совести. Такие уж тогда были времена. Чтобы отдать должное справедливости, хочу сказать, что пришло время, и этот замполит был переведен к другому месту службы как человек, не справившийся со своими обязанностями и слишком далекий от насущных проблем коммунистов городка. Жалко только, что это случилось после отчисления Кугно. Что ж, каждый по-своему стремился вложить свою лепту в благородное дело зарождения космонавтики в нашей стране. Сам Эдуард так комментирует это событие: «Был отчислен из-за отказа вступать в КПСС и неоднократной критики советского правительства и партийных руководителей». Смелые по тем временам поступки! В наши времена всеобщей демократии и вседозволенности, когда количество партий в многострадальной России исчисляется десятками, история с отчислением Кугно звучит как-то неправдоподобно. И все-таки сломала наша система моего тезку! В 196 7 года он вынужден был вступить в ряды нашей славной КПСС, ибо при тех условиях его бы никогда не назначили на должность заведующего кафедрой высшего училища. Долго никто из нас не знал о дальнейшей судьбе нашего однополчанина. И только в начале 2004 года выяснилось, что еще в 1994 году Эдуард Кугно умер в Киеве.

До переезда в будущий Звездный городок летчики первого отряда жили со своими семьями в военном городке Чкаловский в обычном блочном пятиэтажном доме. Кстати, Юрий Гагарин даже после полета не захотел переезжать в Москву, а остался жить в этом же доме. На последнем этаже для его семьи из двух квартир сделали одну. И только Герман Титов после своего полета получил квартиру в «генеральском» доме городка. Каждое утро автобусы развозили ребят кого куда: в часть — на медицинские испытания и тренажеры, на аэродром Чкаловский — на полеты или в московские и подмосковные фирмы — осваивать технику. Наверное, поэтому Чкаловский военный городок некоторое время в народе имел статус Звездного.