Повседневная жизнь женщины в Древнем Риме

Аборт до некоторой степени признавался общественной моралью: так, Плиний, ссылаясь на необходимость помочь людям, позволяет себе рассказать о магических свойствах фаланги — паука с двумя червячками внутри, «который женщины завертывают в кусок оленьей шкуры и до восхода солнца прикрепляют к волосам». Об этом надо рассказать, «потому что излишняя плодовитость некоторых женщин нуждается в таком снихождении»^{315}. Врачи, осознавая опасность, старались ее избежать и прибегали к изгнанию плода, только если беременность угрожала жизни матери. Но бывали толки об абортах и в отсутствие доказательств. Юлия, дочь Тита, стала предметом роковой страсти ее дяди Домициана и забеременела от него. Он якобы велел ей избавиться от плода и свел ее в могилу в возрасте около двадцати пяти лет^{316}. Вольной или невольной была эта жертва преступной любви?

Решившись на такое дело, женщины применяли различные медикаменты, «женские травы» (траву Артемиды, девичью траву, траву для рожениц и др.) или же механические и хирургические средства, подчас крайне опасные. В Тонграх (Бельгия) обнаружили скелет беременной женщины, умершей в результате попытки избавиться от плода: сохранилась костяная иголка, которой прокалывали плодный пузырь. Известен и случай одной жительницы Британии (близ Норфолка), также хотевшей избавиться от ребенка: в ее скелете обнаружен маточный зонд, который мог служить и медицинским целям, но более вероятно, что и он использовался для умерщвления зародыша в утробе. Подсчитать число подобных случаев совершенно невозможно. Кончилось тем, что их запретили законом: Септимий Север и Каракалла постановили наказывать женщину, сделавшую аборт, изгнанием на определенный срок (принимая во внимание, что тем самым она лишила своего мужа ребенка)^{317}, а торговец, продавший снадобье для аборта, убившее женщину, карался смертью^{318}.

Менопауза

С менопаузой жизнь женщины в некотором роде кончалась: потеряв способность рожать детей, она больше не интересовала ни мужа, ни врача. Люди понимали, как им казалось, только одно: женское тело со временем высыхает и больше не нуждается в очищении от жидкостей — менструациях. К этому состоянию женщина клонится от сорока до пятидесяти, иногда несколько позже. Заботливый врач вроде Сорана старался при этом облегчить жизнь своей пациентки некоторыми гигиеническими мерами и упражнениями.

Часто к этому возрасту женщина давно уже теряла красоту, а если она, исполняя свой долг, регулярно рожала, этот неприятный процесс протекал еще скорее.

Волосы, поседев, уже не чаруют.Ах, как легко, как легко морщины ложатся на кожу^{319},Как выцветает у нас нежный румянец лица, —

и поэт, желая женщинам добра, дает им и вправду, быть может, добрый совет:

…Нам облегчения нет в непрерывных утратахРвите же розы, пока в прах не опали они!^{320}

Так или иначе все, вместе с Катуллом, говорили, что для истинной красоты недостаточно физического совершенства: нужно очарование, обворожительность, нечто, что поэт называет «крупинкой соли» (mica salis)^{321}.

Физическая активность и здоровье

Были профессиональные спортсменки, на которых, впрочем, смотрели косо; медики знали, что у них часто не бывает регул. Но в целом римские женщины классической эпохи почти не занимались спортом. Они, конечно, ходили в термы помыться и поплавать — либо в особо отведенные часы, либо в специальные женские заведения. Гимнастика рекомендовалась им не для забавы, а для здоровья (особенно в ключевые моменты их детородной жизни) и была в основном пассивной: девушек и молодых женщин шевелили, но сами они не двигались. Их возили в повозках по дорогам и в лодках по воде, причем они так или иначе подвергались тряске. Более подвижные женщины гуляли пешком, осторожно играли в мяч и более азартно — в чехарду. В случайных прерываниях беременности очень часто винили резкие движения и падения. Редчайшими исключениями были Милония Цезония, любившая верховую езду и с удовольствием совершавшая прогулки с любовником-императором верхом на лошади^{322}, Агриппина, которая спаслась вплавь, когда сын в первый раз устроил на нее покушение, и Цинция, которой нравилось плавать в открытой воде. Долгое время считалось, что мозаики (поздние) из Пьяцца Армерина в Сицилии изображают девушек, занимающихся разными видами спорта в специальных костюмах, но скорее всего это танцовщицы, исполняющие спектакль в некоем мюзик-холле того времени.

Типичные женские болезни