Познакомьтесь с собой. Как гены, микробы и нейроны делают нас теми, кто мы есть

Наличие альтернативных возможностей особенно важно в подростковом возрасте – в то время, когда большинство людей приобщаются к веществам, которые вызывают зависимость и могут в дальнейшем управлять жизнью. Если вы переживете подростковый возраст без появления зависимости, велики шансы, что в дальнейшем она тоже не возникнет. Аналогично многие люди разбираются со своими зависимостями самостоятельно к 30 годам, без внешнего вмешательства. Что же в тинейджерском возрасте делает нас особенно уязвимыми для зависимости?

Многие люди не осознают, что во время полового созревания мозг претерпевает серьезные изменения, которые завершаются только после 20 лет. Именно подростковые годы – время, когда мы готовы порождать новую жизнь, пусть это и противоречит современным социальным нормам. Возможно, на этом не акцентируется внимание в книгах о первобытном обществе, но правда состоит в том, что наши предки рожали первенцев намного раньше нас. Поэтому в контексте эволюции половое созревание дает нам лицензию на воспроизведение нашей ДНК; в результате мы склоняемся к более зондирующему, более рискованному поведению, чтобы найти партнера и впечатлить его. (На этом основании юноша, отважившийся побороться ради интересов племени с медведем, с большей вероятностью приведет девушек в экстаз, если, конечно, предположить, что он не стал медведю обедом.)

Как известно любому подростку, в этом возрасте еще не полностью развиты области мозга, которые регулируют самоконтроль и рассудительность. Подростковый мозг сильнее реагирует на вознаграждение, а это может оказаться палкой о двух концах: облегчает обучение, но и приводит к более рискованному поведению. Большинство современных тинейджеров не борются с медведями. Но они будут бороться с возможностями попробовать наркотики и алкоголь, движимые теми же эволюционными побуждениями. Особенно уязвимы те подростки, которые не живут в человеческом эквиваленте «крысиного парка».

Майа Шалавиц в книге «Несломанный мозг» утверждает, что зависимость – это расстройство обучения, приобретенное во время критически важного периода созревания в развитии подросткового мозга. Шалавиц предполагает, что некоторые тинейджеры пробуют алкоголь и другие наркотические вещества в качестве механизма приспосабливания, который закрепляется в виде усвоенного поведения у небольшой группы детей, предрасположенных к зависимости. Другими словами, мозг перепрошивается и ассоциирует наркотическое вещество с облегчением и нормальным самочувствием. Несмотря на то что это неадекватный способ справиться со стрессом, от привычек, усвоенных в подростковом возрасте, особенно трудно отказаться, что затрудняет возможность резко перевернуть ситуацию.

Хотя окружающая среда – важный фактор для возникновения зависимости, дело не только в ней. Кажется, что вышеупомянутые исследования позволяют предположить, что если мы создадим вдохновляющую среду для каждого человека, то все проблемы с наркотиками испарятся. Да, несомненно, разработка более умной и гуманной среды поможет многим людям оставаться трезвыми, однако наивно думать, что это станет панацеей для всех. Из общих правил всегда есть исключения. Многие бедняки избегают проблем с наркотиками, а многие злоупотребляющие ими живут в роскоши. Как мы уже узнали, люди обладают биологическими характеристиками, которые влияют на вероятность зависимости от тех или иных веществ. Рассмотрим личностные качества, которые мешают некоторым людям сопротивляться искушению.

Почему вы рискуете

Кажется, что некоторые люди рождаются с желанием умереть: пристрастие к притоку адреналина – часто прелюдия к алкоголю и наркотикам. Эти люди занимаются рискованными делами: прыжками с парашютом, серфингом на пайплайн[70], ставками на «Кливленд Бра– унс»[71] и употреблением сырого молока. Когда вы видите безрассудство в целой семье, это не плод воображения: исследования близнецов подтвердили, что в поиске острых ощущений есть генетическая составляющая. Те, кто не ощущает нормального уровня удовольствия, могут склониться к риску, чтобы заполнить эту пустоту. Я ужасно счастлив уже тому, что читаю книгу об обитателях океана, но другие не ощущают радости, если лично не дерутся с акулами.

Один из специализированных генов, связанных с рискованным поведением, – DRD4, который кодирует дофаминовый рецептор, связанный с нашей мотивацией получать удовольствие от какого-нибудь вознаграждения. Варианты гена DRD4 оказались связаны с повышенным стремлением к новизне и риску; возможно, они были отобраны давно, когда наши предки стали мигрировать за пределы своей родины в Африке. Хотя некоторые из наших беспокойных предков жаждали приключений и смены обстановки, другие говорили: «Да мне и так хорошо» – и предпочитали оставаться дома. Когда у людей по всему миру проверяли ген DRD4, этот связанный с риском вариант с наибольшей вероятностью оказывался у тех, кто проживал дальше всего от места зарождения нашего вида.