Познакомьтесь с собой. Как гены, микробы и нейроны делают нас теми, кто мы есть

Ключевую роль в нашей реакции «бей или беги» играют гормоны стресса. Особое значение для этой главы имеет кортизол, который вырабатывается надпочечниками (органы, расположенные выше почек) в ответ на получение угрозы (например, если вы на миг краем глаза увидите нечто похожее на ужасного клоуна Пеннивайза из романа Стивена Кинга)[79].

Кортизол поддерживает вашу готовность к действию: он заставляет колотиться ваше сердце, чтобы кровь могла быстрее доставлять кислород к мышцам, и помогает высвобождать сахар в крови, обеспечивая прилив энергии. Одновременно он ставит на паузу другие энергоемкие задачи (например, иммунитет или пищеварение), чтобы энергия шла на отражение угрозы. Подавление иммунной системы также помогает уменьшить воспаление в случае травмы. Если к вам подходит Пеннивайз, эти реакции окажутся полезными. Но если это будет просто Рональд Макдональд[80], вашему организму понадобится способ успокоиться, чтобы можно было закончить переваривание завтрака и возобновить защиту от патогенов.

Тут в игру вступают глюкокортикоидные рецепторы[81]. Они экспрессируются в мозге и иммунных клетках и поглощают кортизол. Если бы такой способности избавляться от кортизола не существовало, получалась бы хроническая стрессовая реакция, которая могла вызвать агрессивное и параноидальное поведение. Кроме того, иммунная система остается в подавленном состоянии, что объясняет, почему люди в состоянии стресса чаще болеют.

Наконец, хорошо известными медиаторами нашего настроения являются половые гормоны, например тестостерон и эстроген. Количество этих гормонов растет и снижается по мере взросления, что неуловимо или сильно влияет на наше настроение. Недостаток эстрогена может вызвать депрессию, усталость и провалы в памяти, а его избыток может привести к ощущению тревоги и раздражительности. Низкий уровень тестостерона связан с депрессией и усталостью: он может снизить внимательность и ослабить желание заниматься сексом. Показано, что избыток тестостерона делает мужчин более самонадеянными и слепыми к ошибкам в своих рассуждениях, что часто приводит к массе плохих решений и нежеланию читать ежедневные информационные сводки. И это не только мужское дело: женщины, принимающие тестостерон орально, считают себя непобедимыми и также игнорируют чужой вклад.

Печально известно, что тестостерон связан с агрессией, однако проблематично выяснить, действительно ли он отвечает за всю агрессию[82]. Этот гормон повышает оптимизм, уверенность и импульсивность – то, что помогает человеку справиться с проблемами статуса. Однако тестостерон также повышается при проявлениях благотворительности и щедрости. Эти наблюдения заставляют некоторых ученых утверждать, что тестостерон способствует поведению, улучшающему социальное положение, а вот окажутся ли действия агрессивными или благожелательными, будет зависеть от конкретной ситуации.

Некоторые читатели могут счесть тревожным и механическим неожиданное откровение о том, что нашими ощущениями правят гены и биохимические вещества. Но не бойтесь: если вы знаете, как устроен автомобиль, ездить на нем не менее увлекательно. Узнав, как эмоции работают на молекулярном уровне, вы не лишитесь ощущений: прочитав то, что здесь написано, вы по-прежнему будете плакать при просмотре драматического сериала «Это мы» и смеяться над комическим сериалом «Офис», по-прежнему ежиться от страха, смотря фильм «Хэллоуин», и злиться, когда откусываете шоколадное печенье и обнаруживаете, что оно – овсяное с изюмом.

Проливание света на наши чувства никоим образом не уменьшает их воздействие на наш организм и наше поведение, но напоминает о редком даре: мы можем управлять своими эмоциями, а не отдавать управление им. В конце концов, эмоции – всего лишь один из входных сигналов, которые наш разум использует для создания копии мира, и их информация не является безошибочной. (Помните, что иногда Пеннивайз – просто Рональд Макдональд.) Осознание, что эмоции – это биохимические сигналы, которые могут быть истинными или ложными, должно побуждать нас смотреть на эти импульсы через призму разума, а не руководствоваться исключительно бездумными инстинктами. Да, эмоции – важные голоса в демократии разума, однако мы не должны позволять ни одной из них сделаться диктатором.