Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

— Мы столкнулись с гаргульями, — сообщила Орхидия. — Они сбежали. Не захотели задержаться и поболтать.

— Они оказались не настолько глупы, чтобы попробовать сотворить что-нибудь этакое, — добавила Страфа. — Но прокляли нас на своем языке.

У них есть язык?

— Они искали друзей, которые не вернулись с работы в городе, — сказала Орхидия. — Возможно, винили в этом нас.

— Что мы пропустили? — поинтересовалась Синдж, кидая грозные взгляды на Хагейкагомей и Пенни.

Маленькая Страфа тоже мрачно посмотрела на Пенни.

— Они только начали.

Синдж согнала пару собак и расчистила себе место рядом с Пенни. Орхидия проделала то же самое со стороны Хагейкагомей и даже положила руку на спину милой девочки. Хагейкагомей выглядела довольной. Маленькая Страфа устроилась позади меня, на коленях, как Тара Чейн. Она сдвинула Лунную Гниль к Пенни, но сама осталась рядом с Хагейкагомей. Страфа ничего не сделала и не сказала. Милая девочка не обратила на нее внимания и продолжила крепко прижиматься ко мне.

— Значит, ты действительно присматривала за мной в последние дни? — спросил я через левое плечо.

Фейерверки набирали силу.

— Когда поняла, кто я такая. Джиффи мне с этим помог.

— Джиффи — это тот здоровяк, — вставила Орхидия.

— Э… — Я вроде как догадался.

— Сначала я ничего не знала. И отправилась к дому бабушки. Думаю, инстинктивно. Я не знала почему, не знала, кто она. Просто то место казалось правильным.

Она положила мне на плечи ладони. Они дрожали.

— Кое-что я понял, но не мог найти в этом смысла, не нырнув в кошмарный омут некомпетентности.

— Значит, ничего не поняли, — ответила Орхидия. — Хотя насчет некомпетентности вы правы.

Разноцветный огневой вал на время отвлек наше внимание, затем в беседу включилась Лунная Гниль:

— Все это могло бы иметь для тебя смысл лишь в том случае, если бы ты провел всю жизнь на Холме. Только человек, мыслящий подобно Констанс Альгарде, мог совершить подобное, чтобы прищемить тщеславие Мейнесса Сторнса.

— Она о нем знала?

— Ну, не конкретно о нем. Она чувствовала, что назревает новый турнир. Следила за ним. Созвала нас. Но, как и все остальные, считала, что Мейнесс не вернулся домой из Кантарда.

— Я так и не добралась до дома бабушки, — сказала Страфа. — Наткнулась на Джиффи и Мин. Они увидели, что я напугана, ничего не понимаю и плачу, не зная, кто я и где нахожусь. И решили, что совершат добрый поступок, не подпустив меня к бабушке. Они только что с ней пообщались и думали, что маленьким детям не следует к ней приближаться.

Возможно, они были правы.

— Что они там делали?

— Она наняла их, чтобы изучить будущего супруга своей внучки, но выдала такой неправдоподобно большой аванс, что у них возникли подозрения. Мин знала кого-то, кому можно было заплатить за слежку, в то время как они с Джиффи собирались выяснить, что в действительности задумала бабушка. По какой-то причине Джиффи решил, что должен все время находиться при мне.

Причина же заключалась в том, что он был очарован с первого взгляда и хотел защитить малышку. Страфа всегда это умела. В этом состоял один из ее тайных талантов, и, возможно, именно его и жаждал заполучить Мейнесс в первую очередь. Разумеется, талант раскрывался в полную силу, когда Страфа выглядела потерявшейся, потрясенной, уязвимой девчонкой.

Я без труда понял, почему засосало Джиффи, особенно если его умственные способности соответствовали внешности.

— Один раз я пыталась предупредить тебя, но тогда еще не понимала, о чем говорю. В любом случае ты не обратил внимания. Ты был занят…

Ее руки на моих плечах сжались.

— В любом случае…

Нас прервал очередной залп.

Когда огни померкли, Лунная Гниль сказала:

— Пытаясь расстроить турнир, Констанс прибегла почти к таким же методам, как Мейнесс.

— Потому что мыслила в масштабах вечности, — ответила Орхидия. — Она с легкостью находила себе оправдания, называя это окончательным решением.

Тара Чейн сказала:

— Ты прав, Гаррет, считая, что смерть Страфы была случайностью. Уверена, Констанс планировала нечто столь же ужасное внешне, но чуть менее перманентное. Возможно, она хотела, чтобы Операторы решили, будто Страфа вне их досягаемости. Это в корне нарушило бы их замыслы. А она поймала бы Операторов, воспользовавшись их замешательством, с помощью тебя и твоих друзей. Ты бы захотел мести. Но когда Констанс свела Мин со Страфой, чтобы совершить жертвоприношение, что-то пошло не так. Мин должна была погибнуть, а Страфа — впасть в состояние, похожее на смерть, которое в конце концов развеялось бы. Уверена, ты не ошибся насчет той стрелы. Констанс трудилась над ней неделями, оттачивая заклинания и настраивая их для срабатывания в определенное время. Но стрела отскочила от кости в теле Мин и сразила Страфу.

— Ага.

Это не совсем некомпетентность. Скорее похоже на злобную судьбу. Во время войны мы постоянно с этим сталкивались.

— Итак, после этого она все равно продолжила спектакль, но бросила нас под прикрытием фальшивого удара.

— Удар был настоящий, — возразила Тара Чейн. — Просто не настолько серьезный, как она делала вид.