Правда о «Титанике». Участники драматических событий о величайшей морской катастрофе

Мой друг Клинч Смит призывал немедленно исполнить приказы Лайтоллера; вместе с другими пассажирами-мужчинами мы перешли на правый борт, ближе к тому месту, где, как я потом узнал, посадкой в шлюпки руководил первый помощник Мэрдок, также проявивший благородство и впоследствии погибший. Хотя с правого борта крен не так ощущался, как на противоположной стороне, положение казалось таким же безнадежным. Все спасательные шлюпки спустили на воду; они отплыли от корабля. У лееров стояла толпа. Было достаточно светло, и я узнал многих хороших знакомых. Я увидел бледных и решительных Джона Б. Тейера, второго вице-президента Пенсильванской железной дороги, и Джорджа Д. Уайденера. Они смотрели вдаль поверх фальшборта и негромко переговаривались, как будто решали, что делать. Рядом с ними я с болью в сердце увидел миссис Дж. М. Браун и мисс Эванс, двух дам, которых я более часа назад поручил заботам шестого помощника Муди на палубе А. Как я уже упоминал, шестой помощник не позволил мне лично сопроводить дам и усадить их в шлюпку. Они не выказывали никаких признаков волнения; мы немного побеседовали. Миссис Браун быстро сообщила, как в толпе ее разлучили с сестрами, миссис Эпплтон и миссис Корнелл. Увы! Они не остались на левом борту и не перешли на палубу А или на шлюпочную палубу! Вместо того они необъяснимым образом перешли в самую дальнюю точку по диагонали от того места, где находились вначале. Во время знакомства я не расслышал имени мисс Эванс, и, когда мы очутились рядом в тот роковой миг, я все же спросил, как ее зовут, и она мне представилась. Тем временем члены экипажа поднялись на крышу офицерских кают и пытались отвязать находящуюся там складную шлюпку Энгельгардта. Все, о чем я пишу, происходило очень быстро.

Позвольте рассказать, что происходило на левом борту «Титаника» после того, как я оттуда ушел. Лайтоллер сажал пассажиров в последнюю шлюпку, о чем рассказал мне лично на борту «Карпатии». В течение нескольких дней до нашего прибытия в Нью-Йорк я осторожно расспрашивал его и записывал его ответы. Его слова нашли свое подтверждение через неделю; нас обоих вызвали в Вашингтон, где мы давали показания следственному подкомитету сената. «В шлюпку, — сказал Лайтоллер, — хлынули пассажиры третьего класса». Да, он употребил слово «хлынули», имея в виду, что они забирались в шлюпку без его разрешения. Он достал револьвер и приказал им вылезать, угрожая застрелить каждого, кто попытается забраться в шлюпку. Видимо, после того инцидента члены экипажа и некоторые пассажиры встали цепью, не давая мужчинам подойти к последней шлюпке, которую спускали на воду по левому борту, в носовой части. Та шлюпка стала последней, которая благополучно отошла от корабля.

В течение очень короткого периода времени я находился у правого фальшборта, рядом с миссис Браун и мисс Эванс. Вдруг я услышал, как один матрос, который возвращался с того места, где спустили последнюю шлюпку, сказал, что в ней остались еще места для женщин. Я тут же схватил обеих дам под руки и поспешил на левый борт. Мисс Эванс находилась справа от меня, а миссис Браун — слева. За нами бежали еще три женщины. Однако мы не прошли и половины пути, когда натолкнулись на вышеупомянутую цепь из членов экипажа; мне не дали приблизиться к шлюпке. Один из офицеров сказал, что пропустит только женщин.