Правда о «золотом веке» Екатерины

В последние годы жизни Екатерина заточила в крепости Ф.В. Кречетова и Н.Н. Новикова — как раз за печатание книг и дела просвещения. Она заставила замолчать Д.И. Фонвизина, а А.Н. Радищева приговорила к смертной казни, замененной ссылкой в Сибирь. О книге Радищева (Радищев А.Н. Путешествие из Петербурга в Москву. — М., 1982) [34] у историков разное мнение. Многие из них считают приведенные им факты преувеличениями, а дух книги избыточно критическим. Возможно, так оно и есть, но странно все же на словах руководствоваться гуманными идеями и духом Просвещения и казнить смертью за написанную и изданную книгу. Что бы ни было в ней понаписано.

«ВЕЛИКАЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬНИЦА»

Екатерина II понимала, что России нужны новые законы: и Уложение 1649 года, и Указы Петра I невероятно устарели. Царица искренне хотела управлять, опираясь на как можно большие слои населения. 14 декабря 1766 г. Она издала Манифест о созыве депутатов в «Комиссию для сочинения проекта нового уложения».

Комиссия составлялась из представителей правительственных учреждений и из депутатов от различных разрядов или классов населения. Сенат, Синод, все коллегии и главные канцелярии центрального управления послали по одному представителю. Тогда империя еще делилась на 20 губерний, которые подразделялись на провинции, а провинции — на уезды.

Одного депутата выбирал каждый город от домовладельцев, каждый уезд от дворян–землевладельцев и каждая провинция по депутату от однодворцев, от пахотных солдат, от государственных черносошных крестьян и из оседлых инородцев от каждого народа, крещеного или некрещеного.

Число депутатов от казаков предоставлено было определить их высшим командирам. Выборы уездные и городские были прямые, по провинциям — трехстепенные. Дворяне–землевладельцы уезда под председательством выбранного на два года дворянского предводителя, а горожане–домохозяева под председательством тоже на два года выбранного городского головы прямо избирали депутата в Комиссию. Только самые большие города могли сначала избирать выборщиков по городским частям.

Однодворцы и другие свободные сельские обыватели упомянутых разрядов, «дом и землю в погосте (сельском приходе) имеющие», выбирали погостных поверенных, которые избирали поверенных уездных, а из их среды выбирался провинциальный депутат. Таким образом, в Комиссии представлены были центральные правительственные учреждения, некоторые сословия, инородческие племена и места жительства.

В городах в выборах участвовали все домохозяева, лица всякого звания. То есть городские выборы были всесословными. Всех депутатов было избрано 564.

Больше всего депутатов досталось городам, потому что всякий город, большой и малый, и столица Москва, и уездный город Буй, в котором считалось всего несколько сот обывателей, послал по одному депутату. Городские жители не составляли и 5% всего населения империи, а в составе Комиссии городских депутатов было 39%.

А вот крепостные крестьяне не были представлены в Комиссии совершенно. Больше 60% населения — вне выработки новых законов.

Можно поразмыслить и о том, могла ли вообще работать Комиссия. Над одним и притом над очень сложным делом выработки законов для всей империи призваны были работать петербургские генералы и казанские черемисы, экономические крестьяне и купцы, православные священники и мусульмане. На одном из заседаний член Святейшего синода митрополит Новгородский и Великолуцкий Димитрий Сеченов сидел рядом с представителем некрещеных казанских чувашей Анюком Ишелиным, который плохо знал русский язык.

564 ДЕПУТАТА ПРИВЕЗЛИ С СОБОЙ БОЛЬШЕ ПОЛУТОРА ТЫСЯЧ НАКАЗОВ

При выборах прямых, городских и дворянских избиратели, выбрав депутата, составляли комиссию, которая три дня выслушивала от избирателей заявления об их нуждах, а потом в другие три дня сводила эти заявления в наказ. Эти наказы комиссия прочитывала избирателям и вручала депутату. При трехстепенных выборах провинциальных депутатов от сельских жителей погос–товые или приходские избиратели составляли «всенижайшее челобитье» о своих нуждах. Специальный поверенный передавал наказы уездному поверенному, а тот — своему провинциальному депутату.

Каждый провинциальный депутат вез с собой в Комиссию столько челобитий или наказов, сколько было погостов с обывателями его разряда в представляемой им провинции. Крестьянский депутат Архангельской провинции привез 195 погостовых наказов. Депутат отвечал перед обществом своих избирателей за своевременное представление их ходатайств в надлежащие учреждения. Он не мог противоречить этому наказу и в случае личного несогласия с ним должен был сложить с себя полученные полномочия.