Правдивая автобиография Аквариума

Это был более традиционный "рок абсурда", т.е. абсолютно идиотические тексты, но более-менее нормальные гармонии. Второй "лонгплэй": на нем Дюша учится играть на флейте, и мы, не имея возможности записывать "электрические" песни, снова записываем 40 минут "акустических", худшие из которых приближаются к нормальной советской эстраде, лучшие - к характерному абсурду.

Все это время "Аквариум" почти не выступает, ездит "стопом" по Прибалтике, пьет портвейн и поет песни (свои и "Битлз"), или же репетирует на факультете прикладной математики Ленинградского университета, где в то время учится Борис Гребенщиков. Аппаратура стоит в подсобке, и ее вполне достаточно, чтобы изредка играть на свадьбах. Одновременно, а именно летом 1974 года, на базе группы людей и девочек, шатающихся вместе с "Аквариумом", от нечего делать зарождается самодеятельный театр, сначала играющий чисто импровизационно (все пьесы - джорджевский абсурд) в Инженерном замке и на ступенях, нисходящих к Летнему саду.

Осенью приходит знакомый полупрофессиональный режиссер Эрик Горошевский (воспитанник Г. Товстоногова), ставит все дело на профессиональные рельсы - с декорациями, репетициями, интригами, любовными приключениями и... тем самым лишает "театр" всей жизни и энергии. После месяца репетиций, там же, на факультете ПМ, ставится пьеса, следует ее премьера, и театр, вместе с аппаратурой "Аквариума", торжественно вышибается из здания университета. Но массовое помешательство сценой не проходит, и даже БГ, не говоря уже о Джордже и Дюше, идиотически верит, что театр достигнет супер-синтеза рок-музыки и театра абсурда. Не верит этому только бас-гитарист, которому не на чем играть, у которого нет денег и который, по своему обыкновению, бегает за бабами.

В начале 1975 года происходят два решающих и определяющих дальнейшую судьбу события:

а) "Аквариум" играет акустику на каком-то концерте в студенческом клубе вместе с акустической панк-группой "Акварели", где на виолончели "служит" некий иисусоподобный, тихий и очень интеллигентный Сева Гаккель. Он видит выступление "Аквариума" и понимает, что ему больше нечего делать в "Акварелях".

б) БГ долго и продолжительно болеет. Во время болезни он много думает о театре и замечает, что театра много, а музыки мало. После выздоровления следует разрыв, бурно радующий басиста Михаила Файнштейна, но оставляющий по ту сторону рампы Джорджа и Дюшу. В ответ на призыв, брошенный Борисом в космическое пространство, появляется Гаккель и занимает свое полноправное место в "Аквариуме".

Вскоре следует распродажа аппаратуры, которую все равно некуда ставить, и длительный период (до 1979 г.) домашних репетиций. Файнштейн отслуживает год в армии, его по болезни отпускают домой в родной Ленинград, и он занимает свое место за бас-гитарой, которой по-прежнему нет.

В 1977 году появляется еще один идиот в нашей компании, по кличке Фагот. Первое время в "Аквариуме" он проводит, приходя к Гаккелю домой в то время, когда тот достает виолончель, чтобы позаниматься для музыкальной школы. Затем Фагот обычно садится на диван и достает из кармана пятновыводитель "Sopals", употребляемый им для того, чтобы полностью лишить себя способности мыслить. В это время Гаккель, как хозяин квартиры, свято соблюдает законы гостеприимства: идет на кухню ставить чай и тупо взирает на фаготовы попытки стать еще большим идиотом, чем он есть. В 1977 году Фагот и Дюша уходят в армию, где за два года принимают более или менее аквариумовские настроения. К периоду с 1975 по 1979 годы относятся следующие достижения:

а) участие в днях рождения "Битлз" (идея справлять их концертами с участием всех желающих музыкантов была рождена БГ). Забавно и мило поначалу, тупой фарс после.

б) поездка на таллинский фестиваль популярной музыки в 1976 году, куда "Аквариум" никто не звал, а поехали сами, за свои деньги, в качестве гостей-зрителей. При попытке прослушаться для участия в фестивале, после первой же песни кто-то из авторитетной комсомольской комиссии воскликнул: "Да это же символизм какой-то! Ахматовщина!" и нам, естественно, отказали. Однако, когда у организаторов кончились желающие играть, то попросили нас. Мы поломались для виду, а затем охотно сыграли песни четыре, вызвав неожиданно бурную реакцию зала (играли акустику). Где-то через полгода из случайно попавшейся газеты "Молодежь Эстонии" мы узнали, что получили приз, кажется, за самую интересную и разнообразную программу. Хотелось бы знать, где он теперь?

В Таллине познакомились с "Машиной времени". Знакомство началось с того, что Макаревич пытался соблазнить мою жену и увести ее в свой номер, но ему пришлось забрать и меня вместе с ней. Там мы сильно напились, и моя жена осталась нетронутой.