Правила жизни от Зигмунда Фрейда

б) В ходе развития цивилизации человек занял господствующее положение среди своих «сотоварищей» по животному царству. Но, недовольный этим господством, он начал еще больше увеличивать пропасть между ними и собой. Он отказывал им в разуме, а себе присвоил бессмертную душу и объявил о своем божественном происхождении, позволявшем разорвать связь общности с животным миром. Примечательно, что такая заносчивость чужда ребенку и примитивному первобытному человеку. Она является результатом более позднего, претенциозного этапа развития.

…

Мы все знаем, что менее полувека назад исследования Чарльза Дарвина и его соратников и предшественников положили конец этой заносчивости человека. Человек не представляет собою нечто иное и нечто более высокое, чем животное. Он сам произошел из животного мира, и он более близок одним видам и менее – другим. Его позднейшие завоевания не смогли уничтожить доказательства равноценности с животными, заключающиеся в строении его тела и душевных задатках. Это – второй, биологический, удар по человеческому нарциссизму.

в) Третий удар, психологический, оказался, пожалуй, самым чувствительным.

Униженный извне человек чувствует себя высшим существом в собственной душе. Где-то в глубине своего «эго» он создал себе наблюдательный орган, который следит за его импульсами и поступками, чтобы они отвечали его требованиям.

…

Но оба эти открытия – то, что невозможно полностью смирить жизнь наших сексуальных инстинктов, и то, что душевные процессы сами по себе бессознательны и становятся доступны и подчиняются «эго» только благодаря неполным и неточным восприятиям, – эти открытия равносильны утверждению, что «эго» не является хозяином в своем собственном доме. Оба эти объяснения, вместе взятые, наносят третий удар по самолюбию, который я назвал бы психологическим. Поэтому нет ничего удивительного в том, что «Я» отказывает психоанализу в своей благосклонности и упрямо отказывается ему верить».

«Трудность на пути психоанализа», 1917

* * *

Коперник заставил нас понять, что Земля вращается вокруг Солнца. Дарвин помог признать, что мы произошли не от Адама и Евы. А Фрейд настаивал на том, что мы не можем управлять собственным разумом. Эти три революционные идеи наносят сокрушительный удар по нарциссическому представлению о человеке как о центре вселенной.

Бытие в роли великого младенца, считающего себя драгоценным дитятей божества, а свою планету – лучшим местом Вселенной, может на каком-то уровне быть приятным. Но чтобы примириться с жизнью обычного тяжело работающего, стареющего человека, обладающего ограниченными средствами и возможностями, нужно отказаться от инфантильного, нарциссического представления о себе и научиться быть одним из миллиардов таких же людей, существующих в огромной Солнечной системе; а также признать, что все мы когда-нибудь умрем. Фрейд пишет:

* * *

«Как планета вращается вокруг центрального тела и одновременно вокруг собственной оси, так и человеческий индивид принимает участие в ходе развития всего человечества и одновременно идет своим собственным жизненным путем. Но нашему земному зрению игра сил в небесах кажется установленной в неизменном порядке; в сфере же органической жизни мы все еще можем видеть, как силы борются друг с другом и как последствия конфликта непрерывно изменяются. Так и два стремления – одно к личному счастью, другое к союзу с другими людьми – должны бороться друг с другом в каждом индивиде; и так же два процесса индивидуального и культурного развития должны враждебно противодействовать друг другу и постоянно оспаривать место».

«Цивилизация и ее тяготы», 1930

* * *

Чтобы человек был психически здоровым, ему нужно, конечно же, стремиться к творчеству. Но в то же время он должен признать, что сколь бы прекрасными ни были чьи-то картины, стихи, музыка или научные эксперименты, сколь бы прекрасно ни было чье-то лицо и фигура, сколь бы толст ни был чей-то кошелек, кто-нибудь непременно его превзойдет. Фрейд писал, что в сравнении с такими великими писателями, как Редьярд Киплинг, Марк Твен и Эмиль Золя, невозможно избавиться от «ощущения собственной малости перед лицом их величия».

Более того, мы должны признать, что даже если мы сможем написать что-то лучше Уильяма Шекспира или нарисовать лучше Леонардо да Винчи, мы останемся простыми смертными, пылью в постоянно расширяющейся галактике. Коперник, Дарвин и особенно Фрейд помогают нам победить собственные заблуждения и эгоизм и принять свою незначительность перед лицом Вселенной. Это позволяет нам наслаждаться скромной жизнью, удовлетворяться более реалистическими достижениями – и не столь трагически воспринимать свои промахи.

Заключение. Гуманистическое наследие Фрейда

Многие психологи называли Зигмунда Фрейда устаревшим, женоненавистником, шовинистом и даже лжецом. Чем же объясняется его мировая слава? Почему мы обращаемся к этому давно умершему любителю сигар за объяснениями нашей современной жизни?