Правила жизни от Зигмунда Фрейда

Фрейд стал провозвестником революции в лечении людей, страдающих серьезными психологическими расстройствами – так называемых «душевнобольных». В древности «безумцев» часто убивали – отчасти потому, что они не могли быть полезны обществу, отчасти потому, что они пугали тех, кто не знал, как им помочь. В тюдоровские времена таких людей сажали на цепь и избивали, скармливали крысам (в буквальном смысле слова!) или сжигали на кострах, как ведьм. А в начале XIX века безумцев сажали в подвалы и оставляли там гнить. Современные психиатры краснеют от стыда за то, как жестоко их предшественники относились к своим пациентам в прошлые века. В последней четверти XIX века, когда Фрейд получал медицинское образование, врачи не только навечно запирали душевнобольных в ветхих убогих лечебницах, но и делали им тяжелые и совершенно не нужные операции: кастрировали мужчин, страдающих «ранним слабоумием» (сегодня мы называем эту болезнь шизофренией), а женщинам с диагнозом «истерия» прижигали или удаляли клитор. Если бы подобные методы лечения предложил какой-нибудь врач или психолог XXI века, его бы пожизненно заперли в больнице Бродмур (Broad-moor — психиатрическая больница строгого режима в Великобритании. – Прим. ред.) – как общественно опасного безумца.

Фрейд разработал абсолютно новаторский подход к лечению психологических расстройств, основанный на иной парадигме. Он предлагал своим пациентам удобно устроиться на диване в красивой, со вкусом обставленной комнате, где им никто не мог помешать или услышать их признания. Затем он давал им возможность выговориться. Фрейд позволял пациентам рассказывать ему свои тайны – часто связанные с сексуальными травмами. Эти тайны десятилетиями не давали людям спокойно жить. Тем самым Фрейд не только создал первый в истории медицины метод лечения, который не требовал физического вмешательства. Он создал метод психиатрического лечения без микстур и таблеток. Предложил психоаналитический метод, который требовал лишь умения слушать и искренне сочувствовать человеческим страданиям. Позволяя пациентам говорить и рассказывать свои истории, Фрейд понял, что такой разговор приводит к глубокому катарсису – облегчению множества симптомов, которые годами мучили людей.

Кроме того, Фрейд практиковал свой психоаналитический метод весьма необычным образом. В отличие от других врачей конца XIX – начала ХХ века, которые относились к пациентам покровительственно и никогда не снимали белых лабораторных халатов, Фрейда вполне устраивал обычный костюм-тройка. В отличие от своих современников, которые часто запирали «душевнобольных» пациентов в психиатрических лечебницах, где не было никакой приватности, Фрейд создавал для пациентов атмосферу конфиденциальности – чтобы они могли откровенно высказать свои самые постыдные или агрессивные мысли. Он обещал пациентам, что никто никогда не узнает о том, что творится в их душе. И он никогда не сидел за столом, как другие врачи. Он располагался в кресле рядом с кушеткой, на которой лежал пациент. Он хорошо слышал и находился рядом. Фрейд взял все лучшее от медицины и от исповеди в католической церкви, соединил это и создал особую форму лечения – не медицинскую и не религиозную. В его психоанализе врач не является высшим авторитетом. В центре – всегда человек и его рассказ. Пациенты рассказывали Фрейду о том, что раньше оставалось невысказанным – а он, в свою очередь, поднял общение выше скальпеля и рентгена. Для него понимание в деле преодоления грехов человека стояло выше наказания и самобичевания. Фрейд произвел колоссальную трансформацию природы человеческих отношений, поставив на первое место приватность, честность, сочувствие, терпимость, отказ от ярлыков и истинную близость. и, следовательно, заслужил право войти в историю как великий гуманист.

Фрейд все еще современен и ценен – не только для психиатров, но и для всех мыслящих людей, которые хотят лучше понять свою жизнь. Разработав психологию бессознательного, он помог нам понять сложнейший механизм – собственный мозг, его эротический и агрессивный аспект. И мы поняли свое стремление к тесным человеческим контактам и возникающий из него страх близости.

Он раскрыл наш потенциал разрушения, который мы категорически отрицали. Однако, как показал Фрейд, зависть, враждебность и ненависть живут в глубине души каждого из нас – живут бессознательно, поджидая, когда мы расслабимся. И тогда заставляют нас стыдиться себя и других, причиняют сильную и жестокую боль. Осознав скрытые младенческие и детские корни своих взрослых мыслей, поступков и фантазий, поняв, что бо́льшая их часть лежит в глубинах бессознательного, Фрейд оставил нам богатую, глубокую – и в какой-то мере провокационную – психологию, которая может повысить чуткость к самим себе и к другим людям, развить творческое начало – и обогатить саму нашу жизнь.