Читаем Право на жизнь. История смертной казни полностью

Ясно, что первые казни происходили еще в доисторическом обществе. Как пишет антрополог Кристофер Бём, много занимающийся вопросами вражды и разрешения конфликтов в древних обществах, «если группа, ощутившая себя в опасности, не могла ни справиться, ни избавиться от опасного или агрессивного члена, то единственным способом разрешить сложившуюся ситуацию было его физическое уничтожение»[7].

Греческие полисы тоже знали смертную казнь и применяли ее. Сократу еще повезло: он ушел из жизни без страданий, испив чашу с цикутой. Раскопки на древнем афинском кладбище Фалерон показали, что были в этом прекрасном городе преступники, с которыми обходились куда суровее. Греческий археолог Пелекидис обнаружил здесь захоронение 18 человек, закованных в кандалы. Очевидно, их подвергли мучительной казни ἀποτυμπανισμὸς (апотимпанисмос): приковали к доске, а затем оставили на несколько дней в вертикальном положении умирать от голода и жажды под грузом тяжелых цепей – своеобразный греческий вариант распятия. То, что это были преступники, преданные казни, лишний раз подтверждается еще и тем, что похоронили их в V веке до н. э., но на кладбище, заброшенном за два столетия до этого. Находка на Фалероне была столь ужасна, что многие ученые долго отрицали сам факт такой мучительной публичной казни, явно противоречивший «эстетике и этике демократических Афин»[8]

.

Увы, сегодня сомнений нет: в древних Афинах людей, совершивших особо тяжкие преступления, действительно казнили, приковав цепями к поставленной вертикально доске. В комическом виде эта казнь показана в комедии Аристофана «Женщины на празднике Фесмофорий», где мужчину, посмевшего в переодетом виде проникнуть на священный праздник, после разоблачения приковывают к столбу и оставляют в таком виде. Стражник получает приказ:

Эй, уведи его,

В колодки посади, затем поставь вот здесь

И стереги, да так, чтобы никто не смел

И близко подойти, и всякого бичом

Лупи, кто подойдет[9]

.

И это еще не все. Куда более распространенным способом было сбрасывание со скалы Нимф в глубокую яму под названием Варатрон. Судя по всему, в древности несчастных бросали туда живыми, а позже стали скидывать тела казненных. В какой-то момент, сбросив со скалы тело некоего фригийца, афиняне обнаружили, что Варатрон переполнен, и тогда от этой традиции отказались. Почему? Простейшее предположение – по санитарным соображениям, чтобы тела, оставшиеся без захоронения, не отравляли атмосферу и не способствовали распространению эпидемий. Однако этих людей не просто казнили, но и оставляли без погребения, а значит, их души были лишены покоя и в царстве мертвых. Хотели ли афиняне постоянно находиться в соседстве со столь беспокойными мертвецами?

Казнь, отягощенная последующим отсутствием погребения, считалась особенно жестоким наказанием. Вспомним софокловскую Антигону, которая отдала жизнь ради права похоронить своего брата, несмотря на то что он с оружием в руках выступил против своих сограждан, – оставить мертвое тело без погребения было ужасно. В 406 году до н. э. афинский флот разбил спартанцев в битве при Аргинусских островах. После этого стратеги, возглавлявшие войско, поручили двум командирам, Ферамену и Фрасибулу, собрать тела погибших, но те не смогли этого сделать, так как началась буря. Вернувшись в Афины, Ферамен и Фрасибул обвинили во всем стратегов – был проведен суд, и командовавших флотом, победителей спартанцев, приговорили к смертной казни. Причем из восьми стратегов в город вернулись только шестеро, двое предпочли сразу спастись бегством. Народное собрание было готово простить победителей, к тому же за них заступался Сократ, который, как мы знаем, умел хорошо говорить, – но тут на заседание явились родственники погибших и рассказали, как потрясены тем, что теперь души их близких будут обречены на вечные скитания в царстве мертвых. И стратегов казнили – слишком тяжко было их преступление по меркам того времени. Впрочем, не только того… На протяжении многих веков тела преступников выставляли на всеобщее обозрение, оставляли висеть на перекрестках дорог, головы их насаживали на колья. Обычно это объяснялось необходимостью запугать потенциальных нарушителей закона. Но известно также множество примеров, когда тело казненного нигде не выставлялось, а наоборот – расчленялось на куски или же вообще отдавалось в распоряжение палача. Тела, сброшенные в Варатрон, уже нельзя было разглядеть – зато всем было понятно, что наказание для преступников будет длиться вечно.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бесолюди. Современные хозяева мира против России
Бесолюди. Современные хозяева мира против России

«Мы не должны упустить свой шанс. Потому что если мы проиграем, то планетарные монстры не остановятся на полпути — они пожрут всех. Договориться с вампирами нельзя. Поэтому у нас есть только одна безальтернативная возможность — быть сильными. Иначе никак».Автор книги долгое время жил, учился и работал во Франции. Получив степень доктора социальных наук Ватикана, он смог близко познакомиться с особенностями политической системы западного мира. Создать из человека нахлебника и потребителя вместо творца и созидателя — вот что стремятся сегодня сделать силы зла, которым противостоит духовно сильная Россия.Какую опасность таит один из самых закрытых орденов Ватикана «Opus Dei»? Кому выгодно оболванивание наших детей? Кто угрожает миру биологическим терроризмом? Будет ли применено климатическое оружие?Ответы на эти вопросы дают понять, какие цели преследует Запад и как очистить свой ум от насаждаемой лжи.

Александр Германович Артамонов

Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное