Председатель Совета народных комиссаров Владимир Ильич Ленин

Через полтора месяца после расстрела царской семьи, 30 августа 1918 г., на Ленина было совершено покушение эсеркой Фанни Каплан. Существует мнение о том, что в действительности покушения не было, а была грандиозная провокация, послужившая поводом для начала красного террора. Это малоправдоподобная версия, хотя покушение действительно было использовано как повод для усиления репрессий. На самом деле и красный и белый террор начался почти сразу после Октябрьского переворота. Еще в Петрограде неудачно покушались на Ленина, отдельные покушения были на нескольких видных большевиков, уже убили Володарского. В свою очередь, ВЧК действовала не в ответ, а на опережение. До нашего времени дошли пистолет, из которого стреляла Каплан, одна из пуль, извлеченная из тела Ленина, и простреленная одежда вождя. Есть протоколы посмертного вскрытия и описания ранений. Слишком много улик, перепроверить которые нетрудно.

Отважная женщина подошла очень близко к садящемуся в автомобиль Ильичу и почти в упор три раза выстрелила в него. Она была подслеповата, а потому раны оказались не смертельными, но опасными. Одна из пуль пробила навылет левое предплечье и плечо, другая застряла в шее под челюстью, в нескольких миллиметрах от артерии. Третья пуля убила случайную женщину. Позже кто-то из врачей предположил, что застрявшая пуля могла спровоцировать болезнь вождя (склероз сосудов головного мозга), от которого он и умер. Это было первым и единственным боевым крещением Ленина, но после него он не стал вести себя мягче, человечнее, понимая, что такое боль, страдание и страх смерти. Он не стал трусливее, а, напротив, с маниакальным упорством призывал своих соратников к еще большей беспощадности к врагам. Ленин еще не оправился от ранений, а большевики от имени советской власти объявили «красный террор в ответ на террор белый». Гражданская война вступила в очередную и высшую стадию.

Разрозненная и разномыслящая контрреволюция, наконец, начала концентрироваться на дальних окраинах России. На юге, спасаясь от самосудов, грабежей и ЧК, собрались офицеры царской службы, курсанты офицерских училищ, казаки, бывшие предприниматели и помещики, монархически, националистически и либерально настроенная маститая интеллигенция. Они строили планы реставрации монархии, но большинство склонялось к монархии конституционного типа, с обязательным возвратом части старинных привилегий. Собралась довольно внушительная сила, которая, вооружившись с помощью Антанты, под командованием генерала Деникина двинулась от Черноморского побережья через Киев на Москву. С востока, из Сибири, адмирал Колчак, объявив себя верховным правителем России, со значительными силами перешел Урал, также нацеливаясь на Москву. С запада генерал Юденич пытался организовать поход на Петроград. Всех этих белогвардейцев Антанта рассматривала как своих союзников, оставшихся верными царским договорам, и видела в них заградительные отряды от идей социализма и экспорта революции (гражданской войны). Владивосток заняли войска Японии и США, Крым – Франции и др., Архангельск – английские оккупанты. Так к Гражданской войне присоединилась иностранная военная интервенция. А Гражданская война уже бушевала не только на фронтах и в крупных городах, но и в деревнях, аулах, кишлаках. Различные атаманы собирали целые армии из крестьян, казаков, анархистов, националистов и бандитов. Не было в России места, где бы не убивали своих, потом чужих и снова своих. Даже в столицах, где работала милиция, уголовный розыск и ЧК, процветал бандитизм. Однажды ограбили и отобрали автомобиль у самого Ленина. Общество раскололось не только по классовому признаку. Классы, сословия, нации раздробились на множество лагерей. В реальной жизни все границы были размыты, и только в голове Ленина все враги, из какого бы класса, сословия, нации или конфессии они ни происходили, были «буржуями или прихвостнями буржуазии». Ленин заложил принципиальные основы будущей советской пропаганды, навеки разделившей все человечество на «своих» и «чужих».

В. И. Ленин произносит речь перед войсками Всевобуча на Красной площади. Москва, 25 мая 1919 г.