Преистория Славяно - Русов

Экономическая необходимость была причиной национальной необходимости, а какое-то племя, которое больше всего ощущало в себе эту необходимость, заставило другие племена не только принять эту необходимость, но и подчиниться этому племени. Подробности этого процесса, конечно, ускользают от нас, а источников об этом нет.

Однако, еще Киевская летопись[380] называет две ветви Поляков, которых она именует Ляхами: Полян и Мазовшан. "Эти сведения дополняют и другие, современные источники", — говорит Л. Нидерле. — "Учредительная грамота Пражского епископства под 973 годом", затем "Житие св. Мефодия", "Описание путешествия короля Альфреда" и "Сообщения Географа Баварского", а также другие данные, свидетельствующие, что в области, первоначально занимавшейся этой группой Славян, обитали следующие племена: «Висляне» ("Уисляне" Географа Баварского) в верховьях Вислы, в позднейшей так называемой «Малопольше», с центрами Краков и Сандомир (Сандомеж); «Поляне» ("Пулани", «Полони», "Полани"), называвшиеся так по «полю» (равнине), на которой они обитали по обоим берегам Варты. Область Полян помещалась между Лютичами, Поморянами, Слензанами и Мазурами, т. е. между рекой Нотец, низовьями Варты, средним Одером (Одрой), доходя на востоке до Ленчицы и Серадза, обитателями которых были уже другие племена, вскоре объединившиеся с Полянами. Птолемей представлял Венед-Славян как многочисленный народ, расселившийся за Вислой, между Балтийским морем (Венедский залив), Карпатами (Венедские горы) и землями Певкинов и Феннов". (См. "Слав. древности", стр. 38).

Очевидно, Славяне, о которых говорится, что они были «Вендами», в первые века нашей эры в значительной мере подходят под понятие «Поляки». В храбрости им нельзя отказать и сегодня! В древности они могли быть еще воинственней.

Тацит колебался, причислять ли Вендов к Сарматам или к Германцам, но кончил тем, что считал их Германцами. В наши времена их считают даже «Кельтами» без всяких на то оснований.

Все потому, что неизвестно, "что скажут Немцы". Мы же говорим теперь, что мнение Немцев нас отнюдь не устрашает. Ну и что же? Говорить можно что угодно, а вот доказать можно далеко не всё.

Л. Нидерле говорит, что "древнюю область между верховьями реки Нотец и Вислой населили Куявяне,[381] однако упоминаются они лишь позднее, в хронике Кадлубека и Богухвала." Тот факт, что они не были упомянуты хронологически раньше, Л. Нидерле использует, чтобы отрицать их существование до этой даты. Этот метод, конечно, очень удобен для антиславянской точки зрения, но очень неудобен для нас. Мы считаем, что всякий упоминаемый факт существовал уже задолго до его упоминания. Считать, что он существовал лишь с момента упоминания заведомо неправильно.

Мы же должны во что бы то ни стало стремиться к истине, и тогда окажется, что врагами нашими заглушено, замолчано огромное наше прошлое и что ими же нам внушена неправильная, искаженная мысль о нас самих. Вот за это и борется автор настоящей книги.

Правда, совершенно точный, известный факт лучше, нежели общее положение, нечто туманное, не имеющее определенных границ. Однако, если факты скрыты или уничтожены, то общее положение — тоже хорошо. Оно препятствует возникновению неверного утверждения. Поэтому мы и не можем согласиться с точкой зрения Л. Нидерле. Наконец, он и сам позже сожалел о своем "норманизме".

При князе Мечиславе[382] Поляне присоединили другие племена, а в конце Х-го века, при Болеславе[383]

([в] 992—1025 гг.) объединение было закончено, так как этому в большой мере способствовало наступление Германцев на полабских Славян. Это сопровождалось, как всегда, разжиганием славянских внутренних противоречий, натравливанием одних против других и т. д. Болеслав боролся с этим твердой рукой и считал, что только создание крепкой Польской державы положит конец немецкому натиску. В то же время бежавшие из Полабии Славяне[384] сообщали, что делалось на родине.

Поляки объединились. Однако, держава Болеслава просуществовала недолго.

Полянская земля служила колыбелью Польши, что видно из старой народной традиции, указывающей первые народные, политические, религиозные центры в Гнезно,[385] Крушвиде и Познани. В 968 году в Познани было организовано первое Польское епископство.