Преступник номер один. Нацистский режим и его фюрер

После войны генералы вермахта пытались «переиначить» историю и представить события так, будто именно генеральный штаб настаивал на изменении плана «Гельб» и на принятии варианта Манштейна. Цель подобного «исправления» истории в том, чтобы представить победу над Францией делом рук руководства вермахта. В действительности же Гитлер в данном случае, как и неоднократно впоследствии, вопреки мнению большинства генералов, находившихся на руководящих постах в генеральном штабе и в ОКБ, принял то решение, которое наиболее подходило к его способу ведения войны и к его стратегическим и политическим целям.

Советский историк В. И. Дашичев в двухтомном исследовании «Банкротство стратегии германского фашизма» пишет: «Анализ фактов показывает, что творцом первых вариантов плана «Гельб» и рьяным приверженцем нанесения главного удара северным крылом немецкой группировки был германский генеральный штаб. Именно он на протяжении пяти месяцев, с октября 1939 года по февраль 1940 года, навязывал Гитлеру и ОКБ свои решения в духе старых идей Шлиффена».

Решение отвергнуть план генерального штаба и утвердить новый, противоположный вариант операции было еще одной и, возможно, решающей победой Гитлера над военной верхушкой и генералитетом в целом. Успех операции против Франции сделал его окончательно глухим ко всяким возражениям. Отныне генералы стали всего-навсего послушными исполнителями воли фюрера.

Против Франции было сосредоточено 89 дивизий, еще 47 дивизий находились в резерве. Немцы начали наступать на северном фланге против Бельгии и Голландии 10 мая 1940 года. Впервые были в широком масштабе применены авиадесантные войска. Десантники захватили важнейшие опорные пункты бельгийской и голландской оборонительных систем, в том числе и знаменитый бельгийский форт Эбен-Эмаэль, считавшийся неприступным.

После четырех дней упорных боев французское командование было по-прежнему уверено, что именно в районе бельгийской и голландской границ действуют главные силы немцев. В приказе Гитлера № 11, датированном 14 мая, читаем: «Ход наступления до настоящего времени свидетельствует о том, что противник своевременно не разгадал основную идею наших операций. Он все еще сосредоточивает крупные силы на линии Намюр — Антверпен и пренебрегает участком перед группой армий «А».

А между тем на этом участке в районе Ахена и реки Мозель были стянуты 45 немецких дивизий, в том числе 7 моторизованных и 3 танковые дивизии. Они быстро захватили Арденны, вышли к реке Маас и с ходу форсировали ее. Теперь перед ними открылась северофранцузская низменность, и фашистские моторизованные колонны покатились к берегам Ла-Манша, почти не встречая сопротивления. 17 мая Гальдер записал в своем дневнике: «Фюрер страшно нервничает. Он ошеломлен собственным успехом, боится использовать до конца наши шансы, охотнее всего наложил бы на нас узду». 20 мая немецкие части достигли города Абвиль у устья реки Соммы. Французская армия оказалась разрезанной на две части. Голландские и бельгийские вооруженные силы капитулировали. Английский экспедиционный корпус был прижат к морю в районе Дюнкерка. Но ему удалось избежать уничтожения: неожиданно даже для многих генералов Гитлер приказал танковым частям Гудериана прекратить наступление. Это произошло 24 мая.

Причины решения Гитлера до сих пор горячо дебатируются в исторической литературе.

Бывшие гитлеровские генералы, стремясь доказать свою военную непогрешимость, после войны широко пустили в ход версию о том, что единоличную ответственность за «стоп-приказ» от 24 мая, остановивший наступление немецких танков под Дюнкерком, несет Гитлер. Этим приказом фашистский фюрер якобы чуть ли не сознательно спас британский экспедиционный корпус и части французских войск в районе Дюнкерка. Действительно, с конца мая по начало июня 1940 года под носом у немцев была проведена эвакуация с полей Фландрии союзной группировки численностью в 338 тысяч человек, группировки, припертой к морю наступающими танковыми силами вермахта. Это случилось тогда, когда немецкие танки находились всего в 20 километрах от Дюнкерка и победа над союзниками казалась обеспеченной.

Поведение Гитлера в дни Дюнкерка объясняется большинством немецких генералов в их мемуарах тем, что он хотел своим приказом «умиротворить» англичан и побудить их заключить мир с Германией. Однако последние материалы, особенно документы гитлеровского командования, рисующие действия руководителей вермахта в мае — июне 1940 года, ставят под сомнение эту версию.