Преступник номер один. Нацистский режим и его фюрер

Гитлер распорядился, чтобы день выборов был объявлен всегерманским праздником, днем «пробудившейся нации». Улицы были увешаны нацистскими флагами. Каждое выступление канцлера сопровождалось восторженным (заранее организованным) ревом толпы, нескончаемыми выкриками в честь фюрера и нацистской партии (по заранее заготовленным шпаргалкам). Миллионы фотографий Гитлера распространялись в виде открыток, плакатов, листовок. Популярность вождя нацистской партии, казалось, не знала границ.

И все же выборы не дали ожидаемых результатов. Ни террор, ни пропаганда не смогли обеспечить гитлеровцам в ту пору большинства голосов. Пока Германия еще не была полностью отрезана от остального мира и лишена всех источников сколько-нибудь правдивой информации, пока отголоски возмущенного мирового общественного мнения еще проникали в страну, пока еще не были окончательно подавлены разум и самостоятельность мышления граждан, Гитлер не мог стать властителем дум миллионов немцев, не мог превратить большинство нации в бессловесных и бездумных исполнителей своей воли.[54]

Даже по официальным данным (т. е. учитывая все фальсификации и подтасовки), Гитлер получил на выборах 5 марта 1933 года 17,3 миллиона голосов — примерно на 3 миллиона меньше, чем требовалось, чтобы иметь в рейхстаге абсолютное большинство. Он не набрал даже 50 % голосов. Поэтому все разговоры о том, что фашисты «легально» захватили единоличную власть в Германии, — сплошная фикция. Ведь на выборах в марте 1933 года даже растерзанная фашистами коммунистическая партия, руководители которой истекали кровью в концлагерях, получила почти пять миллионов голосов, а социал-демократическая партия увеличила число голосов (за нее проголосовало около 7,2 миллиона избирателей) и сохранила свое положение второй партии в государстве. Увеличила число голосов и католическая партия «Центр». Чтобы стать диктатором, Гитлер должен был полностью отбросить легальные средства, уничтожить парламент, ликвидировать демократический режим. Для этой цели нацисты представили на утверждение нового парламента так называемый «закон о ликвидации бедственного положения народа и государства».

Но прежде чем провести этот закон через рейхстаг, Гитлер еще раз продемонстрировал свои верноподданнические чувства по отношению к крупным промышленникам и военной касте.

21 марта 1933 года он открыл заседание нового рейхстага не в Берлине, а в старой резиденции прусских королей, традиционном центре германского милитаризма— Потсдаме. Рейхстаг собрался в бывшей гарнизонной церкви, где был похоронен Фридрих II. Дата его созыва также была символической: именно в день 21 марта был открыт в 1871 году первый рейхстаг в объединенной «железным канцлером» Бисмарком Германии. И место и дата созыва первого рейхстага при нацистах должны были подействовать успокоительно на милитаристов всех мастей, внушить «столпам» Германии доверие к Гитлеру. Фюрер хорошо понимал, что он может как хочет издеваться над республиканским строем, топтать парламентские законы, расправляться со сторонниками демократии, но ни в коем случае не должен терять поддержку и доверие тех, кто фактически привел его к власти. Спектакль в Потсдаме, во время которого Гитлер держался относительно скромно, предоставив главную роль Гинденбургу, был ловким маневром диктатора. «Я сижу недалеко от Гинденбурга, — записывает Геббельс в свой дневник, — и вижу, что на глазах у него слезы. Все присутствующие встают и торжественно приветствуют престарелого президента и молодого канцлера… Затем раздаются звуки фанфар. Рейхспрезидент стоит на трибуне, в руках у него фельдмаршальский жезл. Он приветствует рейхсвер, отряды СА, СС и «Стального шлема», которые проходят перед ним церемониальным маршем».

С этого дня рейхстаг потерял всякое значение, перестал быть законодательным собранием, в котором в рабочем порядке обсуждались важные государственные проблемы. Правда, Веймарская конституция не была отменена (формально она оставалась в силе до 1945 года) и парламент не был ликвидирован, но и конституция и парламент превратились в чистейшую фикцию. Рейхстаг стал местом парадных манифестаций фашистской партии, его заседания проходили в обстановке показной приподнятости и были призваны демонстрировать единодушие «представителей народа» с политикой Гитлера, одним словом, это были уже не деловые собрания, а зрелищные мероприятия и относились они не к ведомству президента и канцлера, а к ведомству министра пропаганды Геббельса.