Президент Российской Федерации Борис Николаевич Ельцин

Но эти встречи провоцировали вопросы и ответы, которые уходили далеко за пределы официально разрешенной идеологии. На встрече с преподавателями и заведующими кафедрами общественных наук, которые считались «идеологическим активом», Ельцину пришлось отвечать на неожиданные и неприятные вопросы. Пожалуй, самым трудным и неожиданным оказался вопрос – за что Свердловская область получила переходящее знамя в социалистическом соревновании, посвященном 60-летию создания СССР, была признана лучшей среди всех областей Урала? Если у нас, в Свердловской области, куча проблем с обеспечением населения, талоны и карточки, хронический дефицит всего – значит, у других еще хуже?

И это итог шестидесятилетнего развития СССР? – следовало из этого вопроса.

Демонстрируя идеологическую верность, Ельцин тем не менее на практике выходил за принятые в то время границы поведения носителя власти.

Перечислим эти отступления от нормы.

Ельцин и Лигачёв в свердловском магазине.

Он откровенно назвал проблемы, указал, как власть намерена их устранять, определил уровни ответственности – что обязан делать и делает обком, что делают или не делают другие органы местной власти (не забыв назвать персонально ответственных), ясно намекнул, где кончаются возможности области и начинается ответственность Госплана, Совмина и ЦК.

Он призвал граждан самим принять участие в решении некоторых проблем, указав, что обком будет содействовать этой самодеятельности.

Люди власти, по его словам, должны находиться под постоянным контролем как самой власти, так и граждан, для которых они служат.

Он заявил о необходимости и полезности постоянного контакта между властями области и людьми.

И наконец, он, скорее всего нечаянно, открыл, какую силу представляет телевидение как средство агитации и мобилизации людей.

Нетрудно увидеть продолжение этих положений, впервые сформулированных в Свердловске, уже позже, в деятельности Ельцина как первого секретаря Московского горкома КПСС.

В середине 80-х гг. началось своего рода «кадротрясение» в партийном аппарате. Череда смертей генеральных секретарей – Брежнева, Андропова, Черненко – привела к частым переменам в центральном и местных организациях КПСС. Начиная с 1983 г. в течение нескольких лет было заменено около 90 % секретарей обкомов и ЦК компартий союзных республик.

В Москве следом за Горбачёвым оказалась целая команда выходцев со Ставрополья – Мураховский, Разумовский, Полозков. Из Свердловска в Москву на должность заведующего экономическим отделом ЦК был направлен Н. И. Рыжков, из Томска – первый секретарь Томского обкома КПСС Е. К. Лигачёв, которому в ЦК предстояло отвечать за подбор руководящих кадров.

Лигачёва привлекла ельцинская требовательность к аппарату, проявленная еще при Брежневе. При новых генсеках – Ю. В. Андропове и М. С. Горбачёве – это качество оказалось очень востребованным.

Перевод в Москву в определенном смысле почти неизбежен. Ушли в столицу его предшественники Кириленко и Рябов. Но они шли на должности не ниже секретаря ЦК КПСС. Соглашаться на иное – это потеря статуса.

Москва – это неопределенность. Другие люди, иные отношения. Первый человек области становился лишь частью, винтиком другой бюрократической машины. Но Ельцину 55 лет. Он многое может и умеет. Он честолюбив. Он понимает, что ключи, которыми отмыкаются замки проблем, находятся большей частью не на местах, не в областях, а в Москве, в пределах Садового кольца.

И кто, если не он?

В начале апреля 1985 г. ему позвонил кандидат в члены Политбюро В. И. Долгих. Выполняя поручение Политбюро ЦК КПСС, он предложил Борису Николаевичу переехать работать в Москву в Центральный Комитет партии заведующим отделом строительства. Ельцин от этого предложения отказался.

На следующий день последовал звонок от члена Политбюро Лигачёва. Тот не просил, а требовал, ссылаясь на партийную дисциплину. Против этого аргумента Ельцин возражать не мог. 12 апреля 1985 г., на самой заре перестройки, он стал членом «команды Горбачёва», провозгласившей новый курс.

19 апреля 1985 г. члены партийной организации Свердловской области, участвовавшие в работе VII пленума Свердловской областной организации КПСС, узнали о новом назначении Б. Н. Ельцина.

После пленума обкома, освободившего Б. Н. Ельцина от должности первого секретаря, состоялся ужин – проводы. Собрались близкие люди. По обычаю выпили. Михаил Григорьевич Крюков, первый секретарь Нижнетуринского горкома партии, секретного города Свердловск-45, сказал: «Ну, Борис Николаевич, или ты революцию в Москве устроишь, или голову свою не сносишь». «Лучше бы первое», – смутившись, ответил Б. Н. Ельцин.

Москва. От ЦК КПСС до I Съезда народных депутатов СССР

12 апреля Ельцин приступил к работе в Москве на должности заведующего строительным отделом ЦК КПСС. Он хорошо знал строительную отрасль, имел большой практический опыт работы. Вскоре он получил повышение в партийном аппарате. 29 июня на заседании Политбюро ЦК Горбачёв рекомендовал Ельцина на должность секретаря ЦК по строительству.