Прямо в сердце. Как главный символ любви превратился в главный орган кровообращения

В «Сборнике Гиппократа» приводится одно из первых описаний физического осмотра пациента с сердечной недостаточностью и скоплением жидкости в легких: «Если прижать ухо к груди и послушать некоторое время, можно услышать внутри звуки кипящего уксуса». Возможно, Гиппократ первым описал и внезапную смерть, вызванную проблемами с сердцем: «Те, кто часто страдает продолжительными обмороками без очевидной причины, умирают внезапно». В таких случаях смерть наступает из-за нарушения сердечной функции, обычно вызванной аритмией.

Основываясь на работах Алкмеона, Гиппократ считал, что мозг, а не сердце, служит вместилищем разума. Аристотель выиграл этот спор, и большинство представителей западной цивилизации вплоть до современности считали, что сердце — это дом души.

* * *

Аристотель стал первым греком, подробно описавшим камеры сердца, однако он выделял три камеры, а не четыре. Он считал, что в правой камере (вероятно, правом желудочке) крови больше всего и она самая горячая[41]. В левой же (скорее всего, левом предсердии) крови было меньше всего, и она была самой холодной. В средней камере (вероятно, левом желудочке) было среднее количество самой чистой и жидкой крови. Некоторые утверждают, что Аристотель рассматривал правое предсердие не как сердечную камеру, а как наполненную кровью вену, входящую в сердце.

Сегодня мы знаем, что это не так. Метод, которым Аристотель убивал животных для последующего вскрытия, объясняет различия в количестве крови в разных камерах — он душил их. Из-за этого вены и правая сторона сердца были полны темной крови, а левая была обескровленной.

Аристотель справедливо считал сердце центром сердечно-сосудистой системы. В работе «О частях животных» (ок. 350 г. до н. э.) он писал: «Система кровеносных сосудов напоминает расположение водотоков в садах, которые отходят от одного источника воды [сердца] и разветвляются на множество каналов. Каждый из этих каналов продолжает ветвиться, снабжая жидкостью весь участок». Аристотель считал, что мозг работает как радиатор и охлаждает горячее сердце, и был убежден, что более сложные и разумные животные вырабатывают больше тепла, чем примитивные, например насекомые. Таким образом, человеку нужен был большой мозг для охлаждения страстного горячего сердца.

* * *

Египетский город Александрия был центром греческого обучения с 300-х годов до н. э. до 600-х годов н. э. Александр Македонский основал этот город в 331 году до н. э., и им стала управлять семья Птолемея, одного из полководцев Александра. Александрийские врачи проводили вскрытия человеческих тел уже в 200-х годах до н. э. Правительство города даже разрешило вивисекцию — ужасающую практику анатомирования еще живых людей. Ее обычно проводили на преступниках в качестве наказания. В Александрии смешались египетская и греческая культуры, и практика вскрытия тел была допустимой из-за египетской практики бальзамирования, которая требовала удаления органов.

Герофил Халкидонский (335–250 гг. до н. э.) и Эрасистрат из Кеоса (ок. 330–250 гг. до н. э.) были двумя известными врачами, работавшими в Александрии. Именно они провозгласили Гиппократа отцом медицины. В медицинском трактате «О медицине» Авл Корнелий Цельс (25 г. до н. э. — 50 г. н. э.) писал о Герофиле и Эрасистрате:

«Более того, поскольку боли и разного рода заболевания возникают во внутренних частях организма, никто не может приступить к лечению, не имея представления об этих частях. Таким образом, возникает необходимость вскрывать тела мертвых и изучать их внутренние органы. Герофил сделал это наилучшим образом, вскрывая живых дышащих людей — преступников, взятых из тюрьмы, — и наблюдая за частями, которые скрыла от нас природа»[42]

.

Герофил считается отцом анатомии и физиологии. Он был убежден, что для понимания человеческого тела необходимо проводить вскрытия, и одним из первых стал делать это публично. Он открыл нервную систему и пришел к выводу, что роль думающего органа принадлежит мозгу, а не сердцу. Герофил был цереброцентристом.

Кроме того, он первым описал разницу между артериями и венами и подчеркивал, что после смерти последние оказывались обескровленными и сдувались, но артерии сохраняли гибкость. Однако Герофил ошибочно полагал, что при расширении артерий в них всасывалась пневма (воздух, или дух) из сердца, а при сокращении она и некоторое количество крови продвигались по артериям, вызывая пульс. Эрасистрат, ученик и единомышленник Герофила, подошел очень близко к пониманию кровообращения. Он выдвинул теорию о том, что связи между артериями и венами существуют, но слишком малы, чтобы можно было увидеть их невооруженным глазом. Он опередил Уильяма Гарвея на 1800 лет.

В отличие от Аристотеля, Эрасистрат считал, что телом управляет мозг, а не сердце. Он первым предположил, что сердце — это не вместилище души, а просто орган, согревающий тело.