Пригороды Санкт-Петербурга. От Петергофа до Гатчины

Административным центром Гатчинского района является город Гатчина (около 80 тыс. чел.), расположенный в 46 км от Санкт-Петербурга. Гатчина в 1923–1929 гг. называлась Троцк (в честь Л.Д. Троцкого), в 1929–1944 гг. – Красногвардейск. В Гатчине исключительно много интересного, она резко выделяется среди абсолютно всех поселений в окрестностях Санкт-Петербурга, заставляет раздумывать над судьбой, стилем жизни ее обитателей и владельцев, поражает рукотворными уникумами.

Гатчина была настоящим и ярким центром инноваций. Здесь граф Г.Г. Орлов проводил (XVIII в.) первые в России масштабные опыты по строительству на сложных, в том числе мерзлотных и болотистых, грунтах. Вначале это были отчасти забавы графа, но затем они приобрели четкую практическую направленность. Г.Г. Орлов в Гатчине увлекся строительством на сложных грунтах, в том числе доказывал, что в условиях сурового русского климата лед может служить фундаментом для строений. Он изобрел ледяные сваи, опускал их в грунт и возводил над ними пышные арки и иные сооружения. Таким образом, Гатчина – это своего рода первый в России научно-практический полигон для изучения возможностей строительства на сложных грунтах.

Именно в Гатчине в конце XVIII в. впервые в России на высоком уровне была доказана надежность, долговечность строительства землебитных сооружений, технология которых была выработана русским гением Н.А. Львовым. В Гатчине на опыте строительства и долгого использования Приоратского дворца была убедительно доказана целесообразность широкого внедрения в российскую практику экономичного и надежного «землебитного строительства», но вскоре о нем забыли, а вспомнили о нем и снова постепенно начали использовать только с конца ХХ – начала XXI в.

В Гатчине, на Белом озере, изобретатель С.К. Джевецкий впервые демонстрировал императору Александру III свое новаторское изобретение – первую в России настоящую подводную лодку; так что Гатчина – колыбель отечественного подводного военно-морского флота.

Гатчина является, по сути, и колыбелью отечественной авиации; здесь, с испытательного летного поля (создано в 1909 г.) – первого отечественного аэродрома, взлетали первые русские военные авиаторы – П. Нестеров, М. Слепнев, А. Ковинько; именно здесь впервые в России поднялись в воздух две женщины-авиаторы – Л. Зверева и Л. Галанчикова; здесь была открыта (1910) первая в России Воздухоплавательная (позднее – авиационная) школа. Сейчас в Гатчине, недалеко от Большого Гатчинского дворца, в районе Большой липовой аллеи, работает Музей истории авиационного двигателестроения и ремонта.

В Гатчине проводили первые испытания знаменитой винтовки-«трехлинейки» (1891) С.И. Мосина (1849–1902).

В Гатчине Г.Е. Котельников (1872–1944) изобрел первый авиационный ранцевый парашют (1911), впервые примененный в Первой мировой войне.

Первая в России Учительская семинария тоже была открыта в Гатчине.

Наиболее практично настроенные русские императоры хотели иметь в Гатчине не только безопасную резиденцию для их жилья, но и использовать это место в государственных интересах. Гатчина была местом проведения военных учений; для военных целей здесь были созданы Мариинские укрепления, казармы, конюшни, манеж, учебный плац, крепость. С императорского согласия Сигнальная башня дворца вошла в систему и обеспечивала работу оптического телеграфа.

Российские императоры стремились совмещать решение государственных дел и свои личные радости. Так, император Александр II, хотя и мечтал о государственных реформах, не меньше думал о своих личных удовольствиях. Будучи азартным охотником, он перевел в Гатчину из Петергофа Императорскую охоту, для чего пришлось построить свыше 60 домиков Егерской слободы для расселения придворных егерей. Личные радости всегда были не на последнем месте у российских самодержцев, на их реализацию всегда находились солидные средства (а на решение государственных задач финансовых средств слишком часто не хватало). Затратные показушные военные учения, маневры, парады, прославляющие якобы военные мудрость, способности и опыт самодержцев, поглощали заметные государственные средства.

Стиль жизни в Гатчине императоров Павла I и Александра III убедительно доказывает, что жизнь за мощными высокими каменными стенами резиденции первого лица в государстве и его семьи, по сути скрывающихся от своего народа, боящихся его, окруживших себя толпой слуг, охранников, сторожей, – свидетельствует о слабости правителей прошлой России, их неумении достаточно грамотно и решительно править страной, их неспособности думать в первую очередь о благополучии соотечественников – своих подданных, а не о личных спокойствии, здравии, комфорте и прочих радостях земной жизни.