Приключения Тирика и Коати

– Я-то молодец! Я-то всё знаю! Я ведь точно знал, что начнется затяжной ливень и надо искать место потеплее да посуше! – Он высунул нос из своего дупла, повел им из стороны в сторону и продолжил: – Вон сидят на ветке мокрые вялые попугаи, просто посмешище всех джунглей! Где ваши веселые крики, которые не давали мне спать?! Где ваши яркие перышки, которыми вы так кичились передо мной?!

В ответ попугаи только недовольно что-то проскрипели.

– То-то! Не до песен вам сейчас! Сидите и мокните, пока я, умный и запасливый, подкреплюсь парочкой сушеных жуков! А ведь я их заранее насушил! Не то что вы, балбесы! Ни о чем сроду не думали! Вам только бы покричать!

Попугаи перелетели подальше от дупла Опоссума. А он продолжал ворчать:

– Эй! Обезьяны! Эй! Дурищи мохноногие! Вы мокрые, как мох! Нет, вы хуже! Вы как речные водоросли, что проносятся по воде! Где ваши веселые игры?! Что же не спешите вы сегодня прыгать да скакать?!

Мокрые обезьяны жались друг к другу, стараясь согреться, и недовольно косились на оскалившегося Опоссума.

Опоссум злобно хихикнул, но тут же вздрогнул. Из-за пелены дождя выскочил крошечный Мышонок.

– Пустите погреться меня и мою родню! – пискнул он. – Места много мы не займем, а пользы…

– Да какая польза от тебя и твоей семейки?! – перебил Мышонка Опоссум. – Да что вы можете?! Воруете семечки и шныряете всюду, вынюхивая. Вот и все ваши заслуги!

Опоссум стряхнул Мышонка лапой вниз, проследив, как тот плюхнулся в бегущую под корнями дерева реку.

– Ползают тут всякие! – сквозь зубы прошипел он и огляделся.

Рядом никого не осталось. Почему-то все звери ушли подальше от берега реки.

– Трусы! – крикнул Опоссум куда-то в глубь джунглей. – Самое интересное – это наблюдать за стихией из безопасного места, как у меня!

И он покатился со смеху в своем теплом дупле. И так громко хохотал черный Опоссум, что не заметил, как его дерево, подмытое водой, накренилось и упало в мутный поток.

Так и унесло вредного Опоссума вниз по течению. А после того как закончился ливень и все птицы и звери обсохли и вернулись в свои норы и гнёзда, про него никто никогда в этих краях больше не слышал.