Принятие посвящения Калачакры

Наш учитель, Калачакра, теперь спрашивает учеников об их родовом отличии — хинаяна это или махаяна, и чего они ищут. Будучи участниками, мы отвечаем, что мы — счастливцы, имеющие природу будды, ищущие великоблаженного осознавания буддовости на благо всех. Затем мы еще раз принимаем надежное направление (Прибежище) и обеты бодхисаттвы. Будучи же наблюдателями, мы можем также принять их еще раз, если захотим. Однако только полноправные участники предпринимают следующий шаг, то есть прошение и само принятие тантрических обетов и обещание поддерживать двадцать пять видов обузданного поведения. Наблюдатели просто смотрят и пребывают свидетелями происходящего.

Всеобъемлющая йога

Следующая процедура — всеобъемлющая йога утверждает заново два из главных базовых предварительных условий для тантрической практики: условной и глубочайшей бодхичитты. Бодхичитта — это сердце или сознание, которое нацелено на бодхи, наивысшее состояние. Удерживать это сознание на условном или «относительном» уровне значит нацелиться на просветление с намерением достичь его и принести благо всем существам посредством этого достижения. Удерживать его на глубочайшем или «высшем» уровне значит сосредоточиться на пустоте — природе просветления и всех существ и всех феноменов. Просветление пусто от существования каким бы то ни было придуманным невозможным способом. Все способности, которые мы обретаем с этим достижением, возникают зависимым образом как результат полных собраний положительного потенциала и глубокого осознавания, посредством опоры на других существ и на различные аспекты нашей природы будды.

В одном плане мы можем думать о бодхичитте как о расширении сердца и сознания. Когда мы культивируем ее на относительном уровне, мы расширяем свое сердце, чтобы охватить всех других и цель состояния просветления — помочь им совершенным образом. Когда мы развиваем бодхичитту глубочайшего уровня, мы расширяем свое сознание, чтобы объять пустоту всех феноменов. При помощи всепроникающей йоги в данный момент, как раз перед вступлением во дворец мандалы, мы расширяем свое сердце и сознание — этими двумя бодхичиттами. Мы символизируем их здесь в форме белого лунного диска, лежащего на нашем сердце, и белого скипетра ваджры, стоящего на нем. Из сердца нашего учителя, Калачакры, исходит двойник такой же луны и ваджры и растворяется в них, делая их реализацию твердой и устойчивой. Вместе с нашей визуализацией, ощущением себя парой-Калачакрой и наборами обетов, эти две бодхичитты формируют вместилище нашего сознания ясного света, для получения посвящения. Будучи наблюдателями, мы также получаем большую пользу, если в этот момент зарождаем их в себе. Но, будь мы участниками или наблюдателями, нам требуется поддерживать две бодхичитты как неотъемлемую часть своего подхода на протяжении остального времени церемонии. Однако, когда эта сцена переходит к следующей стадии ритуала, мы прекращаем мысленное представление луны и ваджры в своем сердце.

Конфиденциальность

До вхождения в мандалу и после мы принимаем обязательство о тайне. Это завершает процесс переплавления своего сознания ясного света в наиболее подходящее вместилище для посвящения. Если сосуд не течет, он хранит все, что бы в него ни помещали, не теряя ни капли. Таким образом, сохраняя в тайне процедуру посвящения и последующую практику тантры, мы поддерживаем их эффективность. На тайне в тантре делается особый акцент — не для того, чтобы спрятать что-то грязное или плохое, но потому, что визуализации и другие процедуры для внутреннего духовного преобразования теряют силу, если их открывают. Если мы будем рассказывать, что представляем себя в виде божества с четырьмя лицами и двадцатью четырьмя руками, а над нами станут потешаться или считать за сумасшедших, — это окажет сокрушительное действие на нашу практику. Мы переходим к защите или начинаем сомневаться в себе, и наша медитация хиреет.