Принципиальное отличие от нуля (сборник)

На стяге бело-голубом

Я предлагаю не стыдиться —

Нарисовать его портрет

И повсеместно тем гордиться:

Что нет дебильней президента,

Что нет судов в стране родной,

Что перед выбором – презенты,

Во власти – каждый голубой,

Что исчезает радость в лицах,

Что депутаты – как скоты,

И остаётся лишь молиться,

Чтоб мог добиться правоты.

Попасть в козла уже нет смелых,

И он, конечно, очень рад,

Что весь народ – как плод неспелый,

Понос и рвота – без преград.

Мы сами дурака взрастили,

Мы сами зеку дали власть,

А это вам не тили-тили,

Пока не сдохнет – будет красть.

(из сборника «Украина для людей»)

Фрагменты жизни просто складывал в реальность

Фрагменты жизни просто складывал в реальность

И ежедневно экспертизу проходил

На достоверность, изощрённость, пунктуальность

И превосходство над количеством седин.

И от добра добра не ищут – так надёжней,

И кто плохое вспоминает – тот глупец,

Печалит то, что год от года всё тревожней,

Как в старой сказке, где известен всем конец.

Плохие сны бывают тоже доброй вестью,

Хоть виртуальные победы и в цене,

Не знать сомнения, когда душа на месте,

Когда уверенность во всём, всегда, везде.

И пируэты обесценивают годы,

И за терпение не выдают наград,

Прогноз успехов – переменчивость погоды,

Фрагменты жизни – исключение преград.

Расстрел на всю жизнь

В конце планерки директор объявил: «Завтра к 17–00 мне на стол списки охотников по каждому участку – формируется бригада на отстрел оленей в соседнем районе. В список включать только нормальных и трезвых, и только тех, у кого двустволки 12 калибра. Это будет командировка на 5–7 дней, оплачиваемая по среднему заработку».

Вечером следующего дня я, как начальник участка, был назначен старшим и со мной отобрали еще 5 человек.

– Вылет на вертолете через два дня, с собой брать теплые вещи, сапоги и термосок на 2 дня, остальное все дадут там, – подытожил директор.

– Андрей, останься, остальным сбор 15-го в 7-00.

Все вышли, директор подошел к шкафу, открыл – там стоял ящик водки: «Возьми, там будет непросто, а водки с нашим сухим законом там не найдешь, счастливо».

В 8-30 15-го мы уже взлетели и через полтора часа были на месте. Это был лагерь на берегу реки из двух больших палаток, в одной разместили женщин-раздельщиков и поваров, а в другой мы. Руководил всем опытный ханты Яша. После нашей высадки он слетал на вертолете на разведку и, прилетев, сообщил: «Олень будет через день, так что отдыхайте, можете рыбку половить».

– Так ведь не сказали, что удочки можно взять, – вспылил Петрович.

– Мой удочка с червями – твой водка, – улыбнулся Яша. Решили пожертвовать одной бутылкой.

Ловили по очереди, и к концу дня наловили хариуса и на уху, и на жареху. Посидели душевно, с песнями, но в 7 часов утра Яша уже всех тормошил идти на тренировку.

Лодки расставили поперек реки в шахматном порядке немного выше течения. Яша пояснил, что надо стрелять только в голову – в район уха и только в пределах своего сектора обстрела. Сектора разметили, установили якоря и поехали в лагерь.