Читаем Принципиальное отличие от нуля (сборник) полностью

Я приковал свой оптимизм к дивану цепью,И телевизор стал мне в жизни лучший друг,Мне хорошо здесь, ведь реальность хлещет плетью,И повседневность добавляет мне недуг.Хромает искренность, как боль былой разлуки,С друзьями был я или не был я тогда,Я очень редко убегаю к ним от скукиИ очень часто вспоминаю те года,Когда и день и ночь бывали только в радость,Когда знакомству с незнакомым был я рад,Где каждый сон – приятная усталость,А день лишь радует преодолимостью преград.Но всё былое, может быть, и есть награда,И телевизор может быть не друг, а враг,
Когда рябина восхищённым взглядам рада,И дивным лугом вдруг становиться овраг.

Точку невозврата мы прошли

Точку невозврата мы прошли,Это приговор, а не суждение,Кто остановить мог – те ушли,И бесперспективны поколения.И понятно – те, что не придут,Вмиг могли бы отыскать причинуИ заставить всех, живущих тут,Ради них предотвратить кончину.Я не волен знать, когда конец,Так же как не знаю, где начало,Мать моя и мой родной отецНе смогли б убить родное чадо.
Безразличием убийцы мы с тобой,Все до одного – Земли убийцы,Перестали думать головой,Остаётся ждать и помолиться.

У меня пропали слёзы

У меня пропали слёзы,И улыбок больше нет,Жизнь – вода, а чувства – грёзыИ сомнениям ответ.Из того, что в жизни нажилНе сложить ни дом, ни храм,Впечатлял, любил, куражил,Ловко уходил от драм.Попадал в постель от скуки,
Просыпаться не хотел,Прогонял я прочь науки,Некасаемых до тел.Со всего имел осадокИ отсутствие мечты,Слёзы – жидкость, век наш краток,Не изменим – я и ты.Потому и месть – не танец,Потому и нови нет,В жизни я не новобранец,Угасанию – ответ…

Мы сделали с тобой науку

Я кубометрами глоталТвои сомнения и скуку,И из того, что я не знал,
Мы сделали с тобой науку.Про то сумели ты и яСмолчать и скрыть от взглядов прошлых,А тело, мысли, простыняКазались сказочным, не пошлым.Я не имею прав на то,Чтоб всё для Вас от нас открылось,Ведь чувства – это не лото,А изумление – не милость.И как бы ни было легкоВ душе от страсти, то, что былоВсегда и близко – далеко,Не угасало, не остыло.

Мишенью стали я и ты

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература