Читаем Принципиальное отличие от нуля (сборник) полностью

Я с тенью долго разговаривал сегодня,Она, конечно, мне вторила всё во всём,Мне уступать ей, было, может, благородней,Но жизнь твердила – это как-то утрясём.Я в полный рост вставал – и тень была не ниже,Взмахнул руками – тень пыталась упорхнуть,Я шёл навстречу – и мы стали точно ближе,Хотя в лицо ей не хотелось заглянуть.Я шаг замедлил – и она вторила точно,Бежал по жизни – и она вот тут как тут,Мы с нею связаны незримой нитью прочной,И невозможно это было обмануть.А губы точно повторяли все желания,Но это было механически, без слёз,Ведь между нами есть стена непонимания,
И понимания, что это всё всерьёз.

Конвульсии – не признак совершенства

Пикантность паутины паукаВ различии задачи и причины,В геометрической красе для простакаИ ужасе демонстративной силы.Магнитность порождает безрассудность,Размах предполагает ряд ошибок,Лишь в темноте планируется трудность,Ввиду того, что мир не так уж гибок.Расчёт холодный, нервы на пределеИ связь обострена лишь с внешним миром,Когда ты испытал себя на деле,Душа определяется с кумиром.Пределы невозможного – возможны,И путь далёк лишь относительно мерилу,
Которое бывает часто ложно,Каратами ведь меряют сапфиры.А в жизни, как в сетях всё прозаичней,Конвульсии не признак совершенства,Планируя исход, не стань комичней,Ведь не всегда рождает блажь блаженство.

Гигантская реальность вариантов

Повторного рождения не будет,Не я устроил то, что это так,Неповторимы на Земле все люди,А это миллиарды, как никак.Гигантская реальность вариантовИ вероятность совпадения – ноль,Бессильны вычисления в фолиантах,Ведь не понятна вся вопроса соль.
Прекрасно, что мы индивидуальны,Хоть одинаково мы мыслим головойИ это для живущих так реально,Что с этим мы уходим на покой.Хотя б ещё родиться (в идеале),Не повторить ошибок прошлых лет,Понять, что жизнь не то, под одеялом,В ответ поменьше слышать слово «нет».Не то имел в виду я в прошлой строчке,Я не имел в виду вообще постель,Уж если бы родиться, так в сорочке,Когда угодно, только не теперь.

Было так и так теперь

Пролетел июнь – июль,Как игра без слов, без правил,Было много Тань и Юль,
Август мне тепло оставил.Уходя, звал за собой,Впереди тревоги, грозы,Холода, последний знойИ январские морозы.Пляж, пески и звёзды всеПросят, чтоб приехал снова,Чтобы жил ты как во сне,Чтоб итог не был суровый.В сказку месяцев, в апрель,Ты всегда бы возвращался,Было так и так теперь,Только на год попрощайся.Попроси тепла у всех,Лето с кем тебя встречало,Лучше слез, конечно, смехИ словам другим начало.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература