Читаем Принципиальное отличие от нуля (сборник) полностью

Уменье лгать – не называй умением

Я не отдал долги за вдохновение,Хотя и взял я в долг не первый раз,Надеясь в жизни только на везение,Рисуешь жизнь с присутствием прикрас.Где мой удел – расплата иль желанье?Где мой успех – картина иль строка?Помимо слёз есть мудрости дыханьеИ чувство, что подводит игрока.Мы знаем долг, и чем он вечно красен,Мы видим честь как право, не как стыд,И, понимая, что мой путь совсем не ясен,Мне ясен труд, мне ясен также быт.Всему всегда обида с сожалением,И не понятен тот немой вопрос,Уменье лгать – не называй умением,
За совесть спрос, за честь уж трижды спрос.

Выстрел – я и выстрел – ты

Относительно всё в мире,Даже пошлость и мечты,Мы с тобою точно в тире:Выстрел – я и выстрел – ты.Извиняемся, клянёмся,Песни разные поём,Плачем вместе и смеёмся,Жизнь одна для нас вдвоём.Привыкаем год от года,Забываем о любви,Как осенняя погода,Солнце, дождь и соловьи.И всё чаще мысли – тучи,Поцелуев нет уже,
Лестниц тяжесть стала кручеНа девятом этаже.И глаза и губы те же,Но тревожит что-то грудь,Страсть взаимная всё режеИ всё чаще не уснуть.Грустно это, непонятно,Как что было сохранить?От рассвета до заката,Чтоб не рвалась связи нить?

Светом тьма меняет лица

Изменяя суть заката,Ты меняешь и рассвет,Это сущность невозврата,Не вопрос и не ответ.Светом тьма меняет лица,
Изумлением – испуг,Можешь пить и не напиться,И врагом не станет друг.Звёздам ночи, солнцу день,Это было, это будет,Жизнь – душа, а тело – тень,Бренность коего не судят.А итог всего порог,Если веришь – ты не грешен,Запятнать себя не смог,Тем и будь, как все, утешен.

Владею правом улыбаться всем назло

Не изумляло исполнение мечты(Ведь от мечты – химеры толку мало),Всего достигнув, стал бояться высотыИ книгу жизни стал долистывать устало.
Кругом твердят – мол, парню повезло,И зависть рядом от рассвета до заката,Владею правом улыбаться всем назло,В конце концов судьба не виновата.Я весь свой путь прошёл по головам,Не получив с того ни капли наслаждения,Сгибая спину, улыбаясь всем чинам,И на ходу меняя убеждения.Менял знакомых, галстуки и жён,Менял друзей на должность и престижность,В конце концов, я пустотою окружён,И кресло сковывает всякую подвижность.А возвратившись много лет тому назад,Когда мечтал о славе и богатстве,Я понимаю, что безумно был бы радВ любви прожить, на воле, а не в рабстве.

Когда глаза – в глаза сильнее пустоты

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература