Читаем Принципиальное отличие от нуля (сборник) полностью

Из тех, кого мне получилось убедить,Ты лишь одна не догадалась о причине,Не зная правил очень трудно победить,Хотя возможно, если ты в высоком чине.И всё же я осознанно не лгал,Когда искал сомнения в вопросе,И, не ответив, не предполагал,Что дважды об одном уже не спросят.И всё же знал я и усталость от любви,А верным быть в минуты эти сложно,Закаты и ночные соловьи —Казалось всё, что окружало – ложно.Исполнить все мечты, конечно – труд,
И тут любовь – совсем не исключение,Всё остальное не достойно медных труб,Души спокойствие имеет лишь значение.

Но то, что важно, я запоминал

Из тех, кто верил, я не самый лучший,Из тех, кто понял, я не идеал,По сути с телом я в душе попутчик,Но то, что важно, я запоминал.Мне хорошо, но это не утеха,Душевных мук из ран сочится нрав,Пускай совсем не ты, не я потеха,Но ты не он, и я не трижды прав.Куда зовёшь забытая усталость?Как можно пить один лишь только яд?
Мне всё равно, ведь всё уже, всё сталось,И этому я, несомненно, очень рад.

В них и загадка, и ответ

Красноречивее разлукиБыть могут только лишь глаза,В них столько боли, столько мукиИ еле видная слеза.Они всегда открыты миру,В них и загадка, и ответ,И поклонение кумиру,И много долгих, разных лет.Они прощают и смеются,Они готовы молча внять,
Ведь взглядом если расстаются,То взгляд тот может всё понять.Души твоей – как отражение,И голос мысленных тревог,Глаза – слов тех опережение,Каких сказать ты вслух не смог.

Всё остальное – только фон унылой пьесы

Кроме любви к тебе нет больше ничего,И это почему-то окружающих тревожит,Сомнения из прошлого всегда порочит то,Что изменить ты никогда уже не сможешь.Любви покорны мы и это жизни смысл,Всё остальное – только фон унылой пьесы,И даже возраст – чехарда двухзначных числ,
Мне не помеха, чтоб тебя считать принцессой.

Когда любовь – любых торгов конечность

Истоки верности в обилии любви,Я понимаю так, поскольку это сложно,И убедить не могут соловьи,Что невозможное, увы, всегда возможно.Парады чувств, как и парады глаз,Производить умеют впечатления,А ревность – худшее из всех людских прикрас,И в этом нет ни капельки сомнения.Слуга одних господ лишь только вздох,Происходящий из мгновения, как вечность,Когда примеры верности из снов,Когда любовь – любых торгов конечность.

Ты не пытайся быть ночей короче

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Яблоко от яблони
Яблоко от яблони

Новая книга Алексея Злобина представляет собой вторую часть дилогии (первая – «Хлеб удержания», написана по дневникам его отца, петербургского режиссера и педагога Евгения Павловича Злобина).«Яблоко от яблони» – повествование о становлении в профессии; о жизни, озаренной встречей с двумя выдающимися режиссерами Алексеем Германом и Петром Фоменко. Книга включает в себя описание работы над фильмом «Трудно быть богом» и блистательных репетиций в «Мастерской» Фоменко. Талантливое воспроизведение живой речи и характеров мастеров придает книге не только ни с чем не сравнимую ценность их присутствия, но и раскрывает противоречивую сложность их характеров в предстоянии творчеству.В книге представлены фотографии работы Евгения Злобина, Сергея Аксенова, Ларисы Герасимчук, Игоря Гневашева, Романа Якимова, Евгения ТаранаАвтор выражает сердечную признательнось Светлане Кармалите, Майе Тупиковой, Леониду Зорину, Александру Тимофеевскому, Сергею Коковкину, Александре Капустиной, Роману Хрущу, Заре Абдуллаевой, Даниилу Дондурею и Нине Зархи, журналу «Искусство кино» и Театру «Мастерская П. Н. Фоменко»Особая благодарность Владимиру Всеволодовичу Забродину – первому редактору и вдохновителю этой книги

Алексей Евгеньевич Злобин , Юлия Белохвостова , Эл Соло

Театр / Поэзия / Дом и досуг / Стихи и поэзия / Образовательная литература